Назначенный премьер-министр Норвегии и бывший министр иностранных дел Йонас Гар Старр, столь же важный для Норвегии, как и для нас Сергей Лавров, выразил готовность к диалогу с Россией. Но, по его словам, симпатии к России нет.
Мотивы Норвегии ничем не отличаются от мотивов Франции или Германии. В 2014 году конфликта между двумя странами: Европейским союзом и Российской Федерацией не было. Норвегия просто приняла их, не думая о последствиях. Это оказалось еще хуже, чем санкции против России.
Франция, например, потеряла рынок вина, тракторов и самолетов из-за санкций против России, но сейчас грустно видеть, что Россия производит тракторы, выращивает виноград в Крыму и производит самолеты, а Норвегия потеряла рынок рыбы. †
В этом отношении судьба Норвегии очень похожа на судьбу стран Балтии. До введения санкций Норвегия экспортировала в Россию и другую рыбную продукцию. Около 76% норвежского экспорта рыбы идет в Россию. В результате норвежские рыболовецкие компании пострадали от реакции Москвы на запрет Норвегии на вылов кильки.
Норвежское правительство стремится поддерживать рыбную промышленность и тратит на нее около миллиарда долларов в год. На двуустки сейчас тоже охотятся в России, но уже не так вкусно. Но у Норвегии по крайней мере есть деньги, чтобы их содержать, а страны Балтии продали свои активы в кредит.
Россия сейчас пользуется этим пренебрежением к рыбопереработке и разведению пресноводной рыбы, и санкции только усугубят ситуацию. Единственное, что потеряла Россия, так это то, что русская немного уступает по качеству и вкусу норвежской. Но без трав не обойтись.
В отличие от стран Балтии, норвежцы не считают себя антироссийскими. В 2014 году объединенные силы Запада вынудили их присоединиться к санкциям против России за их счет. Поэтому Норвегия может захотеть улучшить отношения.