Василий

Конец ноября 1943 года. Солдат шёл домой. После ранения ему дали неделю отпуска, Василий спешил повидаться с семьёй. Добирался уже три дня, где пешком, где на попутках, сердце рвалось из груди, боялся не уложиться в отпущенный срок. И вот уже знакомые места, до родного села осталось несколько километров. Ныла поврежденная осколками рука, болела раненая нога, но виднеющиеся вдалеке смутные очертания села придавали сил. Солдат ускорил шаг. Болтался за спиной тощий вещмешок, шинель висела мокрым мешком на худом израненом теле, Василий уже бежал, до дома осталось чуть-чуть.

-Когда же кончится эта проклятая война, как хочется домой, к семье, к детям, к мирной работе-думал Василий.

Последние метры, виднен палисадник, за ним дом, только что это? Калитка распахнута и слышен приглушенный плач. Солдат шагнул за калитку... Во дворе стоит гроб, жена и трое детей стоят у его изголовья.

-Мама! - Резануло болью в груди-Не дождалась...

-Вася, родненький! - кинулась на грудь жена Маша. Дочки Аня и Валя подбежали следом. Младший Витя прятался за мамину юбку, не признал, забыл отца.Когда Василий уходил на войну ему не было и двух лет. Немногочисленные женщины, находившиеся во дворе, заголосили громче. Отсторонив жену, сын опустился на колени возле гроба матери.

-Прости,мама,-склонив голову к изголовью прошептал Василий.

Вскоре траурная процессия потянулась к кладбищу.

Вечером за скудным поминальным столом Василий слушал новости села и отвечал на многочисленные вопросы женщин о положении дел на фронте и о том, не встречал ли кого из односельчан на фронтовых дорогах войны. Сынок Витюшка, освоившись,не слезал с отцовых, колен, жена тревожно смотрела на мужа, уже зная, что дома он пробудет всего один день.

Всю ночь они не сомкнули глаз, говорили обо всём на свете, жалели друг друга, не могли надышаться друг другом,а на следующий день по первому выпавшему снегу, возвращался Василий на фронт, жена и дети провожали его до конца села. Держа сына на руках, вдыхая его родной запах, пряча слезы, верил солдат, что вернётся он вскоре с победой домой.

Вот уже и след от солдатских сапог запорошило снегом, а Мария всё стояла и смотрела вдаль, где растворился силуэт мужа и слезы застилали ей глаза.

-Ты только вернись, я молюсь за тебя, - шептал сухие губы.