Помню, как в Эсфигменском монастыре один старенький монах был настолько простой человек, что даже Вознесение считал одной из святых. Он молился Вознесению по чёткам и говорил: «Святая угодница Божия, моли Бога о нас!» (это произошло потому, что в греческом языке слово Вознесение - Аналипси - женского рода. - прим. пер).
Как-то раз один из монахов в монастырской богадельне заболел, и простецу нечем было его покормить. Тогда он быстренько спустился по лестнице на нижний этаж, открыл окно, выходившее на море, высунул через него руки и попросил: «Святая моя Аналипсия, дай мне рыбку для брата!» И о чудо! Тут же из моря прямо ему в руки выпрыгивает вот такая здоровенная рыбина!
Вы читаете отрывок из первого тома «Слов» преподобного Паисия Святогорца «С болью и любовью о современном человеке». Ссылки на бумажные и электронные книги преподобного Паисия Святогорца в конце статьи
Все, кто это видел, застыли в изумлении. А простец с улыбкой поглядывал на них, словно говоря: «Да что же вы в этом видите странного?»
А мы с вами грамотные, знаем все рода и все падежи. Знаем, когда совершается память одного святого, когда пострадал другой, когда, где и как произошло Вознесение, и со всеми нашими знаниями не можем вымолить даже малюсенькой рыбёшки!
Таковы-то вот «странности», «чудаковатости» духовной жизни, и логике той части интеллигенции, которая имеет в себе не Бога, а своё «я», эти «странности» неподвластны. Неподвластны потому, что такая интеллигенция обладает бесплодным мирским знанием, потому что она больна мирской духовной болезнью и ей недостаёт Духа Святого.
