Худой человек с желчным лицом в сером костюме ехал в дешевом такси — ресторанный критик Полежаев возвращался с неудачного фуршета. Накануне открылась очередная городская едальня, куда и пригласили сливки местной творческой интеллигенции. - Вот разве ж это фуршет-с? — вопрошал Полежаев то ли воображаемых соседей, то ли водителя Ахмеда. — Где ассортимент рыбных закусок? Где фруктовые горки? Шам-пан-ско-е где?! — разошёлся критик, — а не эта ваша шипучка! Нет уважения в людях! Понятия нету. Сказали бы: «Николай Федорыч, голубчик, уважь нас, зайди на краба со стерлядкой. В твоей работе-то никак нельзя без вкуса-то». А я бы и уважил и отзыв-то потом прелестный черкнул. Эээх, дилетанты... — машет критик рукой. Ничего не понимающий Ахмед согласно кивает головой. - Всякий труд надо уважать, братец! Вот ты — водитель, и я очень с уважением к тебе. А я — критик, а им плевать, — не может успокоиться Полежаев. Ахмед что-то бормочет про пассажиров и кивает, кивает. - Да куда ж ты едешь-то, любезный