Я хороший, я хочу тебе помочь

- Я совсем запуталась. Ни на что нет сил. На работу идти боюсь. Они там все умные, успешные, а у меня ничего не получается. Ни сил, ни желания не осталось стараться, чего-то добиваться. - передо мной на экране монитора плакала женщина.

Ольге 47 лет. Год назад она сменила работу и сейчас горько оплакивала прежнее место, коллектив, и свое решение.

— А беспокоит только ситуация на работе? В других сферах жизни всё в порядке? - спросила я.

В ответ прозвучал тяжелый вздох.

— Всё сразу навалилось…

Около года назад маме Ольги поставили диагноз — онкология. И недавно надежды на более-менее благоприятный исход рухнули. Врачи вновь назначили химиотерапию, агрессивную и тяжелую. Мама борется как может, выполняет предписания врачей и не принимает от дочери никакой помощи.

— Я так хочу ей помочь, сделать хоть что-то, но натыкаюсь на стену. Иногда она позволяет оплатить лекарства или дополнительные обследования, но больше ничего.

— Это серьезное испытание для вас. И оно может оттягивать на себя огромное количество сил и душевных, и физических. И там где в других сферах жизни есть неполадки — это проявляется. Где тонко — там и рвется. Над чем сейчас для вас важнее работать в первую очередь? - уточнила я.

Мы обсудили с Оьгой еще несколько вопросов. И она пришла к выводу, что важнее на текущий момент справиться с эмоциональным напряжением на работе. До отпуска оставалось три недели, в этот отрезок времени надо не испортить отношения, не сорваться и не принимать опрометчивых решений.

Через четыре недели тема работы логично ушла из наших разговоров. За это время мы основательно успели поработать над детскими травмами, самооценкой, отследить эмоциональные крючки и привычное реагирование. Теперь появились силы посмотреть на проблему, куда тоже утекало невероятное количество сил — болезнь мамы.

— Для меня действительно невыносимо, что она ничего от меня не принимает. Не понимаю, за что она так со мной, - делилась клиентка.

Но корректен ли здесь вопрос «за что»? У человека может быть миллион причин, чтобы принять или отвергнуть помощь.

Экзистенциальный анализ Альфрида Лэнгле имеет в этом четкую позицию — при оказании помощи хорошо должно ставиться обеим сторонам. И той, кому её оказывают, и тому, что это делает.

Но как часто уже на этом условии начинается сбой. И либо люди требуют помощи в вещах с которыми вполне способны справиться сами. И помогающий поддерживает игру в выученную беспомощность или инфантильность своего визави.

Или, напротив, помощи и добра столько, что это становится невыносимым. «Удавка любви» - слышали о такой?

Хорошая помощь — это когда обоим хорошо. И оба видят в этом смысл.

А еще. Помощи должно быть ровно столько, чтобы другой мог сохранить самоуважение, автономию, достоинство.

И вот тут после этих моих слов, на сессии случился переломный момент.

— Я поняла, - прошептала Ольга, - да, мы в семье рано становимся самостоятельными. Гордимся этим. И говорим друг-другу, мол, если что, то я твоя опора, я помогу. И вот оно произошло, а у меня помощь не принимают.

Пазл не складывался. Самодостаточность и внутренняя готовность помогать у каждого члена семьи понималось по-своему, и не были согласованы друг с другом.

Мы еще много потом говорили об их семье. Искали точки соприкосновения между «могу», «должен», «обязан», «не могу иначе», «хочу», «я привык»… И даже репетировали фразы, которые помогали выразить чувства и переживания, и оставить маме право самой решать, принимать помощь или все-таки нет.

*по мотивам реальных консультаций

*публикуется с согласия клиента