В первое воскресенье Великого поста Православная Церковь отмечает праздник Торжества Православия в память об окончательной победе иконопочитания над ересью иконоборчества на Константинопольском Соборе в 843 году. Чин Торжества Православия предполагает торжественное чтение епископом в храме анафематизмов определенных ересей, список которых периодически расширяется, хотя очевидно, что все ереси упомянуть невозможно, ибо ересь (от др.-греч. αἵρεσις) – это любая точка зрения, противоречащая православному христианству. Для примера – посмотрите список 100 ересей из «Источника знания» преподобного Иоанна Дамаскина (+753).
Однако с очень большим сожалением приходится признать, что даже по прошествии 30 лет после падения атеистической власти до сих пор понятие “ересь” в нашей Церкви используется крайне редко, а уж в среде прицерковной интеллигенции, причем не только либеральной, но даже и консервативной, само употребление этого термина воспринимается как откровенный моветон. А если уж и приходится его произносить за неимением лучшего синонима, то непременно с иронией и показанной ухмылкой: мол, “мы-то с вами понимаем, что никаких “ересей” нет, только инерция языка вынуждает нас столь вульгарно выражаться”.
Между тем отказ от понятия ереси с неизбежностью означает отказ от понятия догмата, а следовательно, отказ от самого Православия, ведь термин “православие” (калька с греческого “ортодоксия”) понадобился Церкви только потому, что возникло множество вариантов ложного понимания христианства, т.е. ересей, и поэтому пришлось специально формулировать право-славное, т.е. правильное понимание христианства. Уверен, что для большинства читающих этот текст все это звучит как банальность, но если это банальность, то почему мы тогда так упорно воздерживаемся от употребления слова “ересь”? Конечно, смешно, когда у иного зелота не по разуму это слово не сходит с языка и он бросается им по любому поводу, но от этого сам факт существования бесчисленного количества ересей никуда не делся, это просто объективная реальность.
Очень странно, когда иные люди, мало претендующие на ортодоксальность своей веры или вовсе теплохладные, вдруг обижаются на обвинения в ереси, как будто их обозвали каким-то неприличным словом. Например, меня лично совершенно не задевает тот факт, что для Римско-католической церкви мои православные убеждения – это “ересь”. Я специально привожу в пример католицизм как наиболее близкую к Православию конфессию, т.е. наименее далеко отпавшую от Православной Церкви в сравнении с другими конфессиями. Разумеется, с точки зрения католицизма Православие это “ересь”, иначе какой смысл было бы Римской кафедре откалываться от Православной Церкви? Но поскольку с православной точки зрения сам римский католицизм это ересь, то мнение РКЦ о Православии для нас не может иметь никакого значения, кроме чисто секулярного – религиоведческого или политического.
Поэтому обвинение в ереси может иметь значение только для тех, кто разделяет с обвиняющими общее вероучение, и если уж какой-то человек обижается на обвинение в ереси со стороны православных, тогда он должен признать себя как православного и быть готовым к дискуссии с православными именно в рамках Православия. В противном случае его обида не имеет никакого смысла.
В связи с этим позволю себе изложить три неотъемлемых признака ереси, без которых это понятие в христианстве теряет какой-либо смысл вообще.
1. Ересь – это любая точка зрения, противоречащая православному христианству, независимо от ее предмета, масштаба и интеллектуального качества.
2. Именно потому, что любая ересь противоречит абсолютной спасительной Истине, она априори неспасительна и ее исповедание лишает человека спасения. Невозможно спастись, отрицая необходимые условия спасения. Поэтому и неправильное (неправославное) понимание Божественной Троицы - это ересь, и вера в происхождение человека от животного - это ересь, и вера в коммунистический "рай" на земле - это ересь.
3. Все ереси существуют независимо от того, успела ли Церковь признать их в качестве таковых. Православные Соборы не “назначают” какое-либо учение ересью, а только констатируют, что данное учение противоречит Православию и потому является ересью. В противном случае, например, все ариане до осуждения арианства или иконоборцы до осуждения иконоборчества не были бы еретиками. Поэтому ересей в мире бесконечно больше, чем лишь те, которые упоминает Церковь в своих анафематизмах.