В тот знаменательный день мы с Мишкой дежурили по школе. Получили у Светланы Иванны инвентарь для натирания паркета и отправились трудиться.
Это сейчас школы убирают Светланы Иванны и Марьиванны, а тогда это делали мы – ученики. Девчонки мыли доски, протирали подоконники, мыли полы. А мы – что потяжелее, мы ж не девчонки, чтоб цветочки поливать - поднимали и опускали стулья, лазали протирать шкафы. Ну и конечно же нам доставался паркет! Это было весело. А ещё у нас была традиция – в честь окончания трудового дня непременно съесть по корзиночке из школьного буфета.
Самые вкусные корзиночки в мире: огромная шапка белкового крема и вишенка на верхушке.
Вот из-за этих-то пирожных Мишка и получил своё прозвище
Мы уже заканчивали с паркетом, и Мишка поскакал в буфет за нашим лакомством. Я дотер паркет, отнес инвентарь на место. А Мишки всё нет. Помог девчонкам с уборкой в классе. Мишка так и не появился.
И тут я услышал истошный вопль: «Аааа! Лови гада! Аааа! Бешеный!» Вопил первый забияка нашей школы восьмиклассник Лёха Копейкин. Он пулей нёсся по лестнице, пытаясь догнать мелкого Мишку. Вся лехина физиономия была перемазана чем-то белым. Он мне очень кого-то напоминал. А кого, в тот момент я не мог сообразить.
Я естественно рванул спасать Мишку.
А произошло вот что.
Сияющий, как только что отполированный им самим паркет, Мишка вывалился спиной вперёд из столовской двери. Спиной вперёд, потому что в обеих руках он держал по заветной корзиночке.
В коридоре начальной школы руки в карманы, с криво завязанным пионерским галстуком его караулил долговязый забияка и двоечник восьмиклассник Лёха Копейкин
Ну, вот и мы, – растопыря свои грабли, нахально сказал Лёха, – Приплыли, да ещё и с гостиницами. Он навис над Мишкой, который был чуть выше лёхиного пояса и доставал чуть выше пряжки от его ремня. схватил его за обе руки с нашими корзиночками и слизал верхушки крема вместе с вишенками.
Мишка позеленел от злости и как влепит этими корзиночками прямо Лёхе в глазюки! И удирать! А Лёха, вопя что есть духу, за ним! Мишка нёсся, как ракета, быстро и прицельно – на четвертый этаж к нашим шефам – десятиклассникам. Он пулей залетел в кабинет, где они коротали время до следующего урока. А за ним ввалился Лёха.
Держи его! Он бешеный! - орал он, пытаясь схватить спрятавшегося за старших Мишку.
Десятиклассники обступили чумазого забияку и сразу всё поняли. Колька что-то невнятно блеял, когда его оттаскивали поучить. Но Мишка уже этого не слышал.
Так мы остались без пирожного. Зато Мишка обрёл прозвище – «бешеный».
А на следующий день на правом лёхином глазу, где ещё вчера так не аппетитно болтался крем от корзиночек, красовался фиолетовый фингал.
И я подумал, что если б было два фингала, то Лёха
был бы похож – и тут я вспомнил, кого он мне напомнил вчера, когда с воплем нёсся за Мишкой – на павиана бедуина с плаката из кабинета биологии.