Луна такая большая…Сосны кажутся еще выше, чем до этого. Нигде не горит свет, не шумят дети. Поздно уже. Только шелест кустарников и травы под ногами. Травы? А где дорога?
Я только сейчас заметил, что куда-то пропал асфальт и фонарные столбы. Вместо этого, под ногами узкие дорожки из потрескавшихся каменных плит, поросшие зеленью. Так…А где корпусы? Я обошёл администрацию, потом столовую. И наткнулся на деревянный домик треугольной формы. Забавно. Дальше, вдоль дорожки стояли другие жилые геометрические фигуры, даже в виде бочонка. На каждой из них были таблички с номером. Я был напротив третьего. Наверное, не стоит заходить внутрь. Вдруг разбужу кого-то. Я спокойно прогуливался по ночному лагерю, рассматривая все изменения. Площадь осталась прежней: тот же Генда с рукой у лица, только флагшток всего один. Столовая выглядит снаружи так же, плакат на том же месте, а вот окна не пластиковые. Я слегка постучал по ним для проверки. Действительно, простое стекло. Рядом была скамейка, и я решил воспользоваться ею по назначению. Она находилась прямо под тем деревом, где я видел белку. Интересно, который час?
Тут в соседних кустах что-то зашевелилось. Я пытался разглядеть, но при таком тусклом свете было непонятно.
- Семён.
Голова начала кружиться. Надо держаться! Через силу я попытался ответить:
- Д…Да..
- Ой, а ты чего тут?
Вдруг резко полегчало. Вестибулярный аппарат пришел в норму.
- Не знаю. Решил прогуляться.
- Тебе нравится здесь?
Только сейчас я понял, что это девичий голос. Он звучал как колыбель, немного таинственно.
- Вроде да.
- Это хорошо. Я мало с кем могу общаться. Ко мне редко приходят.
- В каком смысле, к тебе? Я же просто сидел на скамейке.
- Ты пришел ко мне сюда, в «Совёнок».
- А почему он твой? Это же территория государства вроде.
- Ничего не поняла. Это просто лагерь, а я тут живу. Давно очень живу. Одной тут скучно.
Что за странная личность… Как она может тут жить одна, если тут дети постоянно. И почему она в кустах?
- Может выйдешь ко мне? Как-то неловко общаться даже не видя собеседника.
- Зачем тебе менять видеть? Может меня и нет совсем, а только голос.
- Если б был только голос, то кусты бы не шевелились.
- А может я не хочу?
Я запнулся. Диалог казался до нельзя странным, будто читаешь зарубежную сказку, в которой всё идет так, как хочется ей.
- Ну…Тогда ладно.
Я сидел на скамейке и смотрел в огромные окна столовой, которые искажено отражали местность, прямо как вода. Таинственная собеседница пропала, даже не попрощавшись. Странная персона. Организм стал непроизвольно отключать меня, затуманивая сознание…
Я открыл глаза. Утро. Рядом, в своих кроватях спят мальчишки. Это опять был сон. Лёжа под помятым одеялом, я осматривал комнату на наличие странностей и изменений. Всё на своих местах. Решив, что спать уже точно не буду, я встал со скрипучей кровати, заправил её и тихонько вышел в холл. Тут был Артём Игоревич.
- Ты чего так рано встал? Еще тридцать минут до подъёма.
Он выглядел немного сонным, хотя его форма была свежей и выглаженной. Даже в такую рань он должен соблюдать все правила и обязанности.
- Да вот, выспался. Не хочу больше, а просто лежать в комнате не хочется. Решил выйти.
- Мне бы так высыпаться…Ладно, только не уходи никуда. – После этих слов, вожатый ушел из корпуса в сторону администрации. Может у них собрание? Слушают, что мы будем сегодня делать, получают указания всякие.
От скуки я ходил из угла в угол, чертя маршрутом прямоугольник, иногда закручивая его. Потом аккуратно шагал по выдуманному канату, пытаясь держать равновесие. Так продолжалось минут десять, пока из одной комнаты не вышла девочка. Вся сонная, она не обратила на меня никакого внимания и пошла, видимо, умываться. Точно! Надо сходить почистить зубы. Быстро зайдя в комнату, я выудил из тумбочки пасту с щёткой и потопал к раковинам. Конечно, голливудской улыбки у меня не появилось, но свежесть и чистота обеспечены; волосы на голове были приведены в подобающий вид.
Вернувшись в холл, я не нашёл ничего лучше, чем заговорить с ней. Всё-таки из одного отряда, как-то сплачиваться надо. Она спокойно сидела на диване, подпирая голову рукой: видимо, встала, но не проснулась.
- Доброе утро.
Она посмотрела на меня и лишь кивнула.
- Как спалось?
- Вроде нормально. Непривычно спать не в своей постели. Тут и бельё другое, и матрац с пружинами. Скрипит очень.
- Как тебе лагерь?
- Не знаю, скучновато как-то. Делать нечего, только ходим постоянно.
Она делала выводы из одного дня, который на самом деле был довольно пресным и неинтересным, за исключением вечерних песен на эстраде. Наверное, в этом что-то есть. Мне не пришло в голову, что сказать ещё, поэтому я отошел к окну и стал рассматривать утренние красоты лагеря. Солнце уже вовсю грело своими лучами весь мир, в кроны сосен, как этакие зонтики, скрывали некоторые участки в тени. Птицы щебетали в небе, там же плыли пенистые облака. Порой не осознаешь, насколько приятно быть так близко к природе, когда до леса рукой подать.
Меня отвлёк громкоговоритель. Зазвучали трубы, сигнал к подъёму. Во всех комнатах тут же зашуршали и зазвучали сонными голосами ребята. Вова пулей промчался к раковинам, чуть позже вышли Денис и Гоша. Из-за двери напротив показалась Соня. И кто вообще ей дал это имя? Она выглядела максимально бодро, хоть и не искрила гиперактивностью, как Вова. Не было даже намёка, что она только проснулась. Я непроизвольно улыбнулся когда наши взгляды встретились. Это нормально? Семён, приём, сбой системы! Соня же одобрительно кивнула, и пошла с подругой умываться. Около пятнадцати минут я наблюдал за этим муравейником, и вот, вожатые уже тут, все чистые и душистые – пора на зарядку…
Продолжение следует.