Ах, тут просто не хватает женской руки!

В нашей стране работает некий социальный протокол, согласно которого женщина должна быть по локоть в г@вне.

Однажды моя мама попросила меня съездить с ней домой к ее сослуживцу. Он одинокий человек, заболел и попал в больницу, и женский коллектив, в котором он один петушок среди курочек, взял над ним шефство. Благородно, не правда ли?

Перед мамой стояла непростая задача: найти в квартире нужные вещи и привезти больному в стационар. Ехать в чужую квартиру одна она побоялась, взяла меня с собой.

Переступив порог квартиры, я обомлела. Ошарашено оглядываясь по сторонам, я прогулялась по комнате, зашла на кухню, заглянула в санузел.

— Чего ты просто ходишь? — бодренько спрашивает мама, — ищи в шкафу серую толстовку.

«Неужели она ничего не замечает?» — подумала я.

— Ты будешь мне помогать или нет? — заводится мама.

— Мама! Ты что, не видишь?

— Что такое?

— Но ведь тут вселенский ср@ч! — воскликнула я.

— А, — махнула рукой мама, — он холостяк.

Вот так объяснение… Или оправдание? Моя ли это мама, чистюля, все мое детство гонявшая меня с уборками?

Куда ни глянь, все до такой степени замызганное, что притронуться страшно. Двести лет нестираные покрывала, из-под которых выглядывает неопределенного цвета постельное белье или то, что в прошлой жизни им было. Заляпанные самыми разными веществами и составами старые бумажные обои, ужасно дырявые. На всех поверхностях стоит грязная посуда с засохшими остатками еды. На мебели слой пыли такой, что картины писать можно. Сквозь окна виден сиреневый туман, которого на самом деле на улице нет. Я открыла шкаф, и ко мне под ноги упал огромный ком грязных вещей… Про кухню лучше промолчу, а то комментаторы напишут под статьей как обычно «не верю» и «брехня».

А еще тараканы… Повсюду. На полу, мебели, стенах, шторах. Мертвые и живые, всякие. Сотни, тысячи, нет, миллионы тараканов! Многочисленные колонии маршируют взад-вперед. Целые цивилизации!

— Здесь просто не хватает женской руки, — сказала мама, ловко вытаскивая толстовку из ужасного кома.

Это что же получается? В том, что в квартире такой ср@ч, виноват не тот, кто это натворил, а некая женщина. Даже не конкретная, а как бы какая-нибудь, любая, то есть по сути все женщины планеты в этом виноваты. Она должна была придти сюда и оттереть, отмыть, отскоблить… А раз она сюда не пришла и что ей положено делать не сделала, то мужчине весь этот кошмар можно простить. Он не виноват. Где справедливость?

Я представляю, что сказала бы мама, если бы в этой берлоге жил не мужчина, а женщина. Уж она бы по ней так проехалась! И как бы она ее только не назвала. Неряха, грязнуля, замарашка, замазайка, заср@нка, лентяйка, никудышная, фукака — это были бы ласковые эпитеты.

— Надо будет сюда в субботу приехать убраться, — сказала мама.

— Это без меня!

— Как это? Я что, одна тут буду?

— Здесь нечего убирать. Здесь надо бензином облить и поджечь.

Хозяин берлоги не алкоголик и без психических расстройств. Просто так вышло.