Год перед школой я не ходила в детский сад, а сидела дома одна. Ну как одна?
С котом, телевизором, фарфоровыми балеринами и кучей пластинок.
Телевизор этот был пузатый, как аквариум и показывал шесть каналов. Его нужно было переключать повернув двумя руками крепкий пухлый рычаг, и пару раз стукнуть по боковой стенке, чтоб прошла рябь.
Родители работали до 20:00 и вечером мне было особенно неприятно находиться в квартире одной, даже с котом. Тогда я включала телевизор, где либо Вращали барабан, либо знатоки бились за хрустальную сову, и обнимая кота ждала, когда в замке повернётся ключ.
Я прекрасно помню, когда убили Влада Листьева. Тогда не знала, смутно понимала кто это, но по трём из шести каналов шла профилактика, а на двух других заставкой были его портреты с черной лентой и музыка из балета Лебединое озеро. Знал бы Чайковский, что всех важный людей государства и телевидения провожали его музыкой, то поморщил бы свой усатый рот.
Мне шесть лет, я одна дома, мне невыносимо и страшно смотреть на портрет мертвого мужчины, который как будто всё время смотрит на меня с экрана.
И эта музыка! Музыка, такая пронизывающая до костей своей возвышенностью и безысходностью, что приводит в оцепенении.
И вот каким-то чудом, прокрутив телевизионную ручку до упора, я нахожу канал, где просто идут мультики: про мышку и ципленка которые спрятались под гриб, про мешок яблок, про гусей-лебедей, про какие-то волшебные бобы.
И не было в мире большего счастье, чем не чувствовать тревогу, злость, боль и волнение.
Я клоунесса, шут, арлекин.
Тот юродивый в колпаке, который всегда танцует, поет частушки и продает пряники на площади, даже когда за его спиной вешают людей. Потому что не все пришли на площадь смотреть на казни, кто-то просто хочет купить свой ежедневный пряник.
И он его получит.
Мой Дзен, моя сетка вещания, мой канал—тот, что самый последний, где мультики про мышку под грибочком, без тревожной музыки и посмертных лент.
И пряников с частушками точно хватит на всех испуганных детей.
#украина_реалии #украина и россия
тревога