В эти неспокойные дни я ушла в работу и в чтение мемуаров. Так на одном сайте я прочитала историю о "Петербурге Александра Блока". Меня интересовала его жизнь на улице Галерная. Однако, меня заинтересовали и другие люди той эпохи.
Как вы знаете, я очень люблю Анну Ахматову. Оказывается, до свадьбы Гумилёва с Анной Энгельгардт в 1916-1917 гг. у него параллельно был роман с Ларисой Рейснер.
Анна Андреевна знала про эту связь, но никак видимо не реагировала. Меня персона Рейснер заинтересовала по другой причине. В 1920-х Лариса вышла замуж за Фёдора Раскольникова, который с июня 1920 годы был командующим Балтийского флота. Но и сама Лариса не отставала и не уступала мужу в военной карьере.
В 1918 вступила в РКП(б). В августе 1918 ходила в разведку в занятую белочехами Казань. После нападения отряда белогвардейцев под командованием В. О. Каппеля и Б. В. Савинкова на станции Тюрлема и Свияжск (28 августа 1918) совершила разведывательный рейд из Свияжска через Тюрлему до станции Шихраны (ныне г. Канаш) для восстановления связи между штабом и воинскими частями 5-й армии.
Вот такой отрывок я нашла про Свияжск и Ларису:
в Свияжске, как пишет некий Л.Берлин, «комиссар Лариса» отправилась в Нижний Новгород по Волге на бывшей царской яхте «Межень». «Она, - пишет Л.Берлин, сопровождавший ее в этой поездке, - по-хозяйски расположилась в покоях бывшей императрицы и, узнав из рассказов команды о том, что императрица нацарапала алмазом свое имя на оконном стекле кают-компании, тотчас же озорно зачеркнула его и вычертила рядом, тоже алмазом, свое имя» Источник: "Вячеслав Недошивин - Прогулки по Серебряному веку. Санкт-Петербург"
А в 1920-х Лариса с мужем будут жить и работать в Петербурге. Так про их адрес скажет Ахматова:
«Три окна на Медный всадник, три окна на Неву»
Лариса с мужем поселятся в здании Адмиралтейства. В гости к Ларисе приходил и Александр Блок. Один момент из первого визита поэту очень запомнился.
Поэт, как пишет все тот же Никулин, провожавший его, внимательно осматривал машину изнутри, потом долго разглядывал через стекло ее радиатор, особенно два блестящих медных обруча на нем, каких «не было ни на одной легковой машине в Петрограде». «Чей это автомобиль? – спросил Блок, наконец. – Мне кажется, я его узнаю… Это “дело–нэ-бельвиль”, автомобиль бывшего царя?» Никулин потом переспросит шофера–краснофлотца: правда ли это? «Правда», – ответит тот. Источник: "Вячеслав Недошивин - Прогулки по Серебряному веку. Санкт-Петербург"
Царский, автомобиль, квартира в центре Петербурга...
«Пышные залы... ярко освещены, жарко натоплены. От непривычки к такому теплу и блеску (1920 г., зима) гости неловко топчутся на сияющем паркете, неловко разбирают с разносимых щеголеватыми балтфлотцами подносов душистый чай и сандвичи с икрой... Прием как прием: кавалеры шаркают, дамы щебечут, хозяйка мило улыбается направо и налево. Некоторых... берет под руку и ведет в небольшой темно-красный салон, где пьют уже не чай, а ликеры.
И снова я повторяюсь. Вроде бы с царём боролись для всеобщей равности. Так почему эта сцена так напоминает описание любого приёма в царской России? Что 200 лет назад, что 100 лет назад, что сейчас - в нашей стране есть элита и есть все остальные. И почему-то мне кажется, что не люди борятся за лучшую жизнь во время революций, а одних хитрых пытаются свергнуть, те кто похитрее и наглее.
Кстати, в середине 1920-х Лариса рассталась с Раскольниковым. Она умерла от брюшного тифа в 1926 году, выпив стакан сырого молока. Фёдор Раскольников до 1938 года успел поработать полпредом в Афганистане, Эстонии, Дании и Болгарии. А потом стал "врагом народа".
17 августа 1939 года он пишет Открытое письмо Сталину:
В грозный час военной опасности, когда острие фашизма направлено против Советского Союза, когда борьба за Данциг и война в Китае – лишь подготовка плацдарма для будущей интервенции против СССР, когда главный объект германо-японской агрессии – наша Родина, когда единственная возможность предотвращения войны – открытое вступление Союза Советов в Международный блок демократических государств, скорейшее заключение военного и политического союза с Англией и Францией, вы колеблетесь, выжидаете и качаетесь, как маятник, между двумя «осями».
24 августа Раскольников узнал о подписании «Пакта Молотова — Риббентропа» и его мозг не смог принять такую информацию. У Фёдора произошёл нервный срыв и его положили в психиатрическую клинику. 12 сентября его не стало.