Накануне двенадцатых Наумовских чтений в адрес клуба путешественников «Гренада» по электронной почте пришла корреспонденция. В очередной раз на связь вышел А.В. Колесов, состоящий в одном генеалогическом древе с Александром Андреевичем Наумовым.
Александр Вячеславович переадресовал архивные материалы на своего предка, некоторые из них опровергают ранние утверждения местных краеведов о дате рождения А.А. Наумова. Во всех книгах о Камышлове пишется, что наш земляк родился 31 августа 1865 года, а вот что говорят архивные материалы (ГАСО, ф. 252, оп. 1, д. 75, л.л. 43 об.-47): «Александр, 27 лет (3 августа 1865 г.), окончил курс в Казанской духовной академии, состоит учителем Камышловского духовного училища».
Далее приводятся биографические данные: «…за выслугу лет произведён в статские советники. Награждён орденом Св. Анны 3-й степени. В 1908-1916… состоял членом попечительного совета Камышловской женской гимназии. В советское время преподавал естествознание и географию в железнодорожной школе Камышлова. С 1929 г. – на пенсии. В 1933 г. кратковременно исполнял обязанности директора музея в Сылве». И уж совсем редкостью для нас являются письма А.А. Наумова В.П. Бирюкову, которые проливают свет на его образ мыслей и отношение к окружающему миру.
***
Добрый друг Владимир Павлович, наверное, Вы уже вернулись из Москвы, с конференции. Что там нового? Как наши дела с краеведческими организациями? Ныне я и не помышлял о поездке на конференцию, хотя имею бесплатный железнодорожный билет. Но денежные дела обстоят настолько плохо лично у меня, что я не имею возможности истратить лишнего рубля. Мечтаю купить сапоги… Спасибо Вам за привет по поводу 37- и 40-летия, признателен Вам за внимание и добрую память… Много пережито… Всё тяжёлое как будто забыто. Остаются только вехи твоей работы, да знакомые лица на всяких поприщах, которые живо напоминают прошлые картины… Желаю вам всем, вспоминающим меня, жить долго, радостно работать и здравствовать… Волнуюсь, дорогой мой… Немного поплакал…
Местный Союз работников просвещения начал дело о признании меня Героем труда. Он же начал хлопотать о возвращении мне муниципализированного дома. Ну, тут совершенно обратные переживания. Насколько хорошо относится ко мне семья просвещенцев, настолько же жёстко относятся городские деятели. Мне как научному работнику раньше дали небольшую дополнительную площадь; действительно, я стеснён в своём бывшем доме. На днях приходили ещё уточнять, а в дальнейшем говорят о выселении с весны; дескать, квартира нужна для городских служащих. Дом муниципализирован, как превышающий по стоимости 10000 руб., хотя никогда нигде так не ценился. Заявления, поданные раньше, пропали в канцеляриях вместе с подтвердительными документами. Опять обратился в Союз. Агенты Горсовета грубо, без меня и жены ворвались в квартиру. Когда я ходил объясняться, техник стучал по столу: «Я покажу тебе мандат на вход». Какой-то кошмар. Угрожали отнять у жены рояль. Словом, набег, да и только. Уйдёшь из дому в музей к 9 часам, перейдёшь потом в школу, там работаешь до 7 часов вечера (во вторую смену), а придёшь домой… что такое? Не поймёшь сначала – то ли были беспризорники, то ли живём в стране всяких возможностей…
В райполитпросвете что-то меня часто допрашивают насчёт лаборанта музея, что он делает, каковы его обязанности… Пуганая ворона куста боится. Спрашиваешь себя, к чему это? Спокойной работы нет. Все какие-то дёрганые. Нервы истрепались. Заготовлен большой материал по истории заселения края, но не работаешь, а только волнуешься. Да и где его напечатать? Из Свердловска получил сообщение, что книга журнала «Уральский Край» отпечатана, но из типографии выкупить нет средств. Значит, делишки тоже неважные…
Я часто здесь вижу шадринцев, особенно из своих учеников. Бежит, кричит издалека: Здравствуйте, А[лександр] А[ндреевич]! – Кто такой? Бывшие мальцы – с усами, большие… Такой-то Вася… А сколько рассеялось добрых малых! Как это слишком неудобно принаправлены поезда, чтоб съездить из Камышлова в Шадринск. Некоторые советуют ехать в Шадринск через Свердловск, чтоб не сидеть в богдановичской дыре. Привет Вашей супруге.
Привет всем друзьям – краеведам и музееведам.
Ваш А. Наумов. 17 декабря 1927 г.
***
Владимир Павлович, хотелось бы с Вами повидаться и поговорить лично о многом. Как Вы съездили на сибирку? Я, по болезни, оставил все свои службы, и В.Э.К[омиссией?] почислен в инвалида. В музей назначен некто Сельменский. Думаю, что об этом Вы уже извещены официально.
Трудно было на двух должностях, надорвался. Недомогал раньше, а обострения начались в марте с ангины. Усилилась астма, сердце стало плохо[?] – и вот… Не будете ли в Свердловске, а мне туда нужно к специалисту, вот[?] съехались бы.
Ваш А.А. Наумов. 9 августа 1929 г.
(ГАСО, ф. р-2266, оп. 1, д. 2851).