Это 23е февраля ассоциируется у меня с этим отрывком из фильма "Аватар" именно с этой цитатой из заголовка. Посмотрите внимательно:
Папа у меня участвовал в чеченских кампаниях. В то время кто только не предлагал помощь России, кто только не хотел залезть и подсмотреть, что там и как. Понимаете, почему разобрались самостоятельно? Это был внутренний вооруженный конфликт, личное дело федерации и её регионов. Сами эти регионы (понимая, что сидят они на дотационном бюджете, что для того, чтобы стать автономными, как минимум нужно урегулировать юридическую и экономическую сферы, а написать законы для отдельной политической единицы - это знаете ли, не частушку спеть)... Так вот, сами главы регионов попросили у центра помощи, чтобы справиться с оппозицией и получать дальше свои дотации.
Папа не рассказывает о том, что было там. Мы не спрашиваем.
Я понимаю, что творится сейчас у соседей. И что их центр дурит не по-детски. И весь мир опасается повторения трюка 2014 года. И уже зная этот сценарий, готовятся не допустить его на этот раз. Всё как на ладони, и это не Чечня, где из-за гор не видно, что творится. И люди, которых везут к нам (или они сами едут?) рассказывают много интересных вещей. Но блин! Знаем ли мы о том, что напланировали в теплых кабинетах с ковровыми дорожками? Нихрена не знаем. А неизвестность напрягает не по-детски.
Чтобы убить человека, достаточно долей секунды. Чтобы человек мог убивать, его нужно выносить, выродить (мужики, это больно!), выкормить и вырастить. Это ГОДЫ! И ещё это средства - материальные и душевные. Люди нелегко даются этому миру. Вы меня слышите? Это не расходный материал! "Им не надо умирать!"
Поэтому сегодня кадры из "Аватара" именно с этой цитатой. Мы будем спасать альбиносов Африки, но с лёгкостью смотреть, как большие дяди играют в солдатиков нашими родными?
Боги, прошу мира! Мне очень страшно. Я хочу, чтобы дети росли, видя отца вживую, а не на фото на стене (знаете, после ВОВ целое поколение воспитывали "по фотографиям"). Я не знаю, как это закончить, и не знаю что лично каждый из нас может (и должен!) сделать для того, чтобы не допустить войны. Но они не должны умирать!
