Тут рязанские телевизионщики прославились на всю страну. Оказалось, что они с декабря показывали в эфире QR-код, распознав который, человек читал про себя оскорбительное.
В принципе, не трудно вообразить, как это получилось. Скорее всего, за пару минут до эфира кто-то орал дурниной: «Да сделайте уже хоть какой-нибудь QR-код!». Ну и сделали. И не проверил никто. Я, кстати, представить не могу, кому из зрителей пришло в голову проверить. Ну да ладно.
В СМИ бывает и не такое. Например, в региональном выпуске одной федеральной газеты на месте, где указывают автора фотографии, появилась надпись: «В душе не [знаю] кто автор». А подписью под фото может стать фраза «Придумать какую-то подпись».
У меня тоже есть отличная коллекция собственных косяков. Правда, все они остались неопубликованными.
Например, в запарке появилось «средство от грузынов». А мирный поселок Старожилово стал «СтарожиДовым». Ну и мое любимое: «Новую схему работы общественного транспорта администрация планирует обкакать уже в этом году». Как выяснилось, опечатку можно было не исправлять: схему таки обкакали.
Бывают вещи и интереснее. Когда-то я трудился в газете ответственным секретарем. И в день сдачи номера верстальщица попросила: «Найди мне срочно фото к материалу про ремонт старой советской машины». Ну я и нашел: «Волга», капот открыт, мужик какой-то туда смотрит. И отправил. А через минуту услышал крик верстальщицы: «Ты там [падшая женщина] совсем [растерялся, обнаглел, заработался]? Это же Гагарин!».
Я посмотрел – и правда Гагарин. Удивительно даже, что я его сразу не узнал.
Одна моя коллега использовала неоднозначный метод. Вернувшись с пресс-конференции, она сначала писала прямые речи, обозначая спикеров титрами типа «какой-то хрен» или «каштановая тетка». А потом меняла на имена и должности. Как нетрудно догадаться, такой подход не мог не кончиться скверно. Мы узнали об этом, когда в кабинет зашла корректор с текстом в руках и спросила: «А вот «какой-то хрен» – это так надо?».
Так что всякое бывает.