В последние годы жизни режиссер и писатель Василий Шукшин был очень дружен с актером Георгием Бурковым. Именно Бурков обнаружил мертвого Шукшина. Мало того, артист знал о том, что Василий Макарович умер вовсе не в силу естественных причин. Артист утверждал, что все дело было в чашечке кофе.
Друзья до последнего дня
Тот факт, что Георгия Буркова и Василия Шукшина связывала крепкая мужская дружба, отмечают многие биографы. Аналогичного мнения придерживается и автор книги «Эпизодники», Сергей Капков. По словам Капкова, Бурков и Шукшин много общались, обсуждали кинематограф, литературу, историю. Нередко они были заняты в одних и тех же картинах. Так, Георгий Иванович снялся в таких фильмах Шукшина как «Печки-лавочки» и «Калина красная». Главные роли достались обоим друзьям и в ленте Сергея Бондарчука «Они сражались за родину». Именно во время съемок этой драмы и оборвалась жизнь Василия Макаровича.
Как известно, актеры, занятые в съемках упомянутого фильма, проживали на теплоходе «Дунай». Вечером 1 октября 1974 года все благополучно разошлись по каютам. Однако, как утверждает Алексей Казаков, автор книги «Роли, которые принесли несчастья своим создателям», около 4 часов утра Бурков, обуреваемый нехорошими предчувствиями, вышел на палубу, где в это же самое время находился и Шукшин. Василий Макарович пожаловался другу на боли в сердце. После этого Шукшин выпил лекарство и удалился к себе. Утром Бурков обнаружил приятеля уже без признаков жизни.
Причастность КГБ
Георгий Бурков тяжело переживал смерть Василия Шукшина. Причем в таком состоянии Бурков находился до конца собственной жизни. Актер Алексей Ванин, исполнивший роль брата Любы в фильме «Калина красная», вспоминал о том, что Георгий Иванович на вечерах памяти Шукшина всякий раз «напивался вусмерть». Как утверждает Федор Раззаков, автор книги «Последние дни и часы и народных любимцев», со ссылкой на того же Ванина, дело было не только в горе, которое, несомненно, испытывал Бурков, а в том, что он знал, что в действительно произошло в ту ночь на теплоходе.
Бурков был уверен в причастности сотрудников КГБ к внезапной кончине Шукшина. По крайней мере именно такой вывод можно сделать из рассказа артиста Александра Панкратова-Черного, приведенного в издании «Александр Галич. Полная биография», Михаила Аронова. Однажды, будучи в родных местах Шукшина, Панкратов-Черный обронил, что режиссер умер не своей смертью. После этого на Александра Васильевича было совершено покушение, а Бурков попросил его молчать. «Саня, когда умру, тогда можешь сказать» — произнес Георгий Иванович.
Чашка кофе... и снова молчание
Хранить молчание Бурков просил и авторов книги «К истокам русской духовности», Екатерину Самойлову и Марину Черносвитову. В тот вечер Георгий Иванович ехал с мероприятия, посвященного годовщине смерти Василия Шукшина, и обронил, что, мол, тот умер вовсе не от сердечного приступа, а от «чашечки кофе». 1 октября 1974 года, когда Бурков провожал Шукшина до каюты, он заметил на столе чашку с кофе. Василий Макарович тоже удивился сюрпризу, потому как никаких напитков не заказывал. Друзья сошлись на том, что какой-то доброхот позаботился о Шукшине, который, как известно, кофе уважал. Однако утром, по словам, Буркова никакой чашки на столе не оказалось.
Впрочем, эта беседа с автором упомянутой книги оказалась чуть ли не единственным откровением Георгия Буркова. Он вообще не любил говорить об обстоятельствах кончины Василия Шукшина. Алексей Ванин утверждал, что много раз приглашал Буркова для того, чтобы вспомнить о последних дня жизни Шукшина. Георгий Иванович всегда давал свое согласие, но на встречу не явился ни разу. А как-то раз Ванин перед спектаклем пытался привести пьяного Буркова в чувство, но тот «понес такое», что Алексею Захаровичу, по его же собственным словам, «стало страшно». Однако, о чем именно говорил Георгий Бурков, Ванин так и не сообщил.