С самого начала истории человек стремился забраться как можно выше. Начиная от Вавилонской башни и заканчивая небоскребом Бурдж-Халифа в Дубаи. Чем обосновано подобное стремление? Почему хочется оказаться где-то далеко-далеко наверху? Неужели, желание быть ближе к небесам? А возможно, это необходимость показать собственное превосходство… А что там, наверху? Оказавшись на огромной высоте, человек чувствует свободу. Ведь, подобно птице, он может видеть мир как на ладони. А кто рядом в этот момент? Кто разделяет это ощущение абсолютного счастья? Кто-то там, внизу…
Итак, школа. Это место, где трудятся люди с желаниями, характерными для обычных людей.
Мы, учителя, очень хотим ощущать свою важность и значимость, быть уважаемыми и любимыми. Но иногда не за заслуги, а по умолчанию. Просто потому, что учитель — уважаемая профессия. Просто потому, что стаж работы уже давно превысил отметку 20 лет.
И вот удивительная вещь: когда ты находишься высоко, ты не слышишь, а что происходит там, на земле. Да и самих людей очень слабо видно, а иногда они и совсем пропадают из поля зрения…
Школа. Это место где не только трудятся учителя, но и не меньше их трудятся дети.
Они еще только в начале, только начинают свой путь к покорению вершин. Каждый день стараются постичь тайны математики, законы физики. Осваивая новое правило русского языка, отрываются на небольшое расстояние от земли. Но они все еще здесь, в начале, такие смышленые, но такие неопытные. И они смотрят с надеждой на учителя, ожидая нужного совета, помощи, пробуют раскрыться, стараются понять себя и окружающий мир.
Смогут ли они получить желаемое, если учитель высоко-высоко, вне зоны досягаемости?
И с высоты своего опыта с нотками превосходства осуждает ошибки, бранит за безрассудство, отвергает попытки сблизиться, пообщаться вне темы урока?
А если мы с учениками смотрим на одно и то же, но с разных сторон, с разных отметок высоты? Сможем ли мы понять друг друга? Сможем ли найти общий язык, сумеем ли передать знания в комфортной благоприятной для этого обстановке?
Представим, что есть условный объект внимания. Например, учебник. И ученик смотрит на него, видит толщину книги, объем. А учитель сверху видит обложку.
Иногда мы не замечаем, какие усилия приходится прикладывать детям, чтобы освоить знания, очевидные и элементарные для нас.
Мы, словно Гулливеры в стране лилипутов, ходим и ловим на себе восхищенные, а иногда и опасливые взгляды. Одно наше неловкое движение, неосторожное слово и страна лилипутов испытывает сильнейшие переживания и волнения.
Так давайте же иногда, оставаясь ориентиром и примером для детей, спускаться к ним, в их начало пути. Чтобы видеть то же, что видят они. А главное — видеть так же. У нас у всех есть гордость, осознание профессионализма и своей значимости.
Но нужно ли нам, находясь среди детей, становиться Гулливерами?
Быть может иногда, увидев расстроенного ученика, подойти к нему, заглянуть в глаза и с теплотой сказать: «Эй, я с тобой, рядом, в зоне досягаемости».
И даже если вы уже Гулливер, достигли невероятных высот, регалий и успехов в профессиональной деятельности — это невероятно и достойно уважения! Не нужно становиться кем-то более низким, детям не это нужно. Они лишь хотят видеть, что вы смотрите на них как на будущих Гулливеров, а не на лилипутов, не способных вырасти ни на дюйм.
Автор текста: Анна Яшина, учитель литературы из Москвы, участница конкурса «Урок для учителя»