Найти в Дзене

«Агнец»: про суровую Исландию и «неведому зверушку»

В рождественский сочельник, когда на улице стемнело, Мария выглянула в окно — ей показалось, что мрачная тень скользнула в овчарню. Ничего не разглядев в сгущающейся тьме, молодая женщина поправила на окне занавеску. Праздничная иллюминация, которой был украшен дом к Рождеству, засверкала ярче, только слегка всколыхнулись язычки пламени на свечках, зажженных в честь праздника. В хлеву тем временем пугливые робкие овцы жались друг к дружке, словно испугавшись сквозняка, оставленного кем-то, распахнувшим дверь. Так почти по-библейски начинается фильм «Агнец», снятый в 2021 году режиссером Вальдимаром Йоханнссоном. Рождение в хлеву Мария и Ингвар (почти что Мария и Иосиф, снова библейская отсылка) — фермеры, они уединенно живут долине между гор и разводят овец. Природа в долине почти первозданна и весьма живописна. В таких колдовских пейзажах не могут не случаться странные вещи. Но для главных героев жизнь в этих декорациях привычна и рутинна, и быт их тоже рутинен. Ферма, поля, обед, си
Оглавление

В рождественский сочельник, когда на улице стемнело, Мария выглянула в окно — ей показалось, что мрачная тень скользнула в овчарню. Ничего не разглядев в сгущающейся тьме, молодая женщина поправила на окне занавеску. Праздничная иллюминация, которой был украшен дом к Рождеству, засверкала ярче, только слегка всколыхнулись язычки пламени на свечках, зажженных в честь праздника. В хлеву тем временем пугливые робкие овцы жались друг к дружке, словно испугавшись сквозняка, оставленного кем-то, распахнувшим дверь. Так почти по-библейски начинается фильм «Агнец», снятый в 2021 году режиссером Вальдимаром Йоханнссоном.

Рождение в хлеву

Мария и Ингвар (почти что Мария и Иосиф, снова библейская отсылка) — фермеры, они уединенно живут долине между гор и разводят овец. Природа в долине почти первозданна и весьма живописна. В таких колдовских пейзажах не могут не случаться странные вещи.

Но для главных героев жизнь в этих декорациях привычна и рутинна, и быт их тоже рутинен. Ферма, поля, обед, сиеста, снова поля и ферма с шерстяными боками овец и блеянием. Никаких примет цивилизации — ну разве что трактор.

Мы знаем, что Рождественская ночь явила миру Богомладенца, который появился на свет в окружении домашних животных. В мире, придуманном Вальдимаром Йоханнссоном, в хлеву среди овец, согреваемый их теплым дыханием, появляется на свет младенец — получеловек, полу… Не знаю, как объяснить, в общем, неведома зверушка. И только по изумленным взглядам, которыми обмениваются Мария и Ингвар, можно понять, что без потустороннего вмешательства это рождение не свершилось бы. Мы еще не понимаем, что с младенцем не так, но уже видим, что его явление радикально меняет поведение Марии, а затем и Ингвара. В них просыпается родительский инстинкт.

Вернулось ли счастье?

Ингвар признается брату, что с появлением крохи в их дом вернулось счастье. Но действительно ли, на счастье эта малышка, которой дали говорящее имя Ада (или это только для нас, русскоязычных зрителей, оно говорящее?), поселилась у них? Да, у Марии и Ингвара заблестели глаза, для них, как и для любых родителей, дождавшихся появления долгожданного малыша, жизнь заиграла новыми красками. Родительская любовь (даже пусть дитя не родное по плоти), ревнива и агрессивна, и ружье, без которого никак нельзя прожить на уединенном фермерском подворье, выстреливает в первый раз.

Во второй раз оно не выстрелит — его остановят глаза Ады, кроткие и трепетные глаза агнца. Но потом, ближе к финалу обязательно раздастся еще несколько выстрелов. Потому что жить рядом со страшным мистическим миром и вступить с ним во взаимодействие даже по незнанию — опасно. Потому что брать чужое и считать своим — неправильно, а защищать это чужое, хоть и принятое как дар — чревато гибелью. Тезис «мы в ответе за тех, кого приручили» здесь работает не очень — лучше бы вообще не приручали. А вот пословица «На чужом несчастье счастье не построишь» — вполне.

Девушка без татуировки дракона

Почему Марии и Ингвару изначально не было дано счастья, и они вцепились в «неведому зверушку» Аду, как в последнюю соломинку, как в единственную надежду на спасение себя, своих отношений и будущего? Потому что когда-то давно из «любовного треугольника» был сделан неправильный выбор. Вроде, уже все со всем смирились, все страсти улеглись, а счастья не было и нет.

В роли Марии — Нуми Рапас, шведская актриса с испанскими корнями. Да-да, та самая девушка с татуировкой дракона из одноименного триллера и его продолжений «Девушка, которая играла с огнем» и «Девушка, которая взрывала воздушные замки». Роль Лисбет Саландер принесла Нуми Рапас мировую славу и национальную кинонаграду Швеции «Золотой жук». Мария — полный антипод Лисбет, и наблюдать за ее актерским перевоплощением очень интересно.

Премьера «Агнца» состоялась в Каннах летом 2021 года, фильм вошёл в лонг-лист премии «Оскар» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке». Победит ли? Посмотрим!