С депривацией в 20-21 веках психологи как будто разобрались.
Если кто-то подзабыл - это сокращение либо полное лишение человека удовлетворять основные потребности - психофизиологические либо социальные.
Цифровая экономика вводит созвучный депривации термин деприватности.
Деприватность (Inverse Privacy) – это совсем иная ситуация, и связана чаще всего с тем, что кто-то посторонний имеет доступ к информации о человеке больше, чем сам человек, генерирующий эту самую информацию, но чаще всего человек даже вообще не имеет доступа к этой информации.
Как такая парадоксальная ситуация может вообще случиться?
Все наши контакты со «внешним миром: купил продукты в магазине, заказал пиццу или роллы, поехал на работу, зашёл в фитнес-клуб, превысил скорость, оплатил штраф пока действует скидка - все эти и многие другие процессы создают блоки и массивы личных данных обо всех нас.
Ещё жирнее свой #цифровой след мы оставляем мы оставляем в Интернете.
Мы не воспринимаем это, как что-то «своё», но наши личные данные остаются внутри компаний, с которыми у нас был контакт, и неосознанно теряем и их и доступ к ним.
Так #личные данные превращаются в деприватные.
Нам вроде бы нет дела до наших уже совершенных действий или покупок, наши потребности удовлетворены, маленькое дофаминовое удовольствие получено, и мы движемся дальше к новым потребностям.
Однако, у компаний, с которыми мы взаимодействовали есть техническая возможность и жизненная необходимость накапливать и хранить все подробности совершенных транзакций каждого человека.
Своими действиями мы кормим монстра цифровой экономики нулями и единицами, не обременяя себя осознанием того, что он поглощает нас всё больше.
Компании непрерывно анализируют данные о любом взаимодействии нас с ними, и это не только совершенные покупки, это:
- звонки (длительность, тема, интонации);
- клики;
- длительность пребывания на страницах сайтов;
- скорость скроллинга;
- оставленные комментарии и вопросы.
На основании этих и многих других параметров можно предсказывать дальнейшее поведение человека, строить модель его поведения, выдвигать гипотезы о его будущих действиях.
Очень часто, превентивно подсовывая рекламу, человека ведут к некоему «правильному» решению, то есть «загоняют его в угол» построенной модели потребительской жизни.
Мы не имеем доступа ко всей этой информации, и не задумываемся о её существовании, однако, она становится фундаментом построенной модели чужой игры.
Как будто опытные маркетологи преподносят использование наших личных данных под соусом улучшения сервисов, удобства и быстроты обслуживания клиентов при выборе товаров и услуг…
Но благими намерениями, как обычно, выстлана дорога сами знаете куда.
Но устремления компаний простираются гораздо шире, чем предугадывание интересов одного человека.
Производители умных гаджетов, собирая данные о физической или иной активности их обладателей, и передавая их разработчиком приложений, тем самым участвуют в строительстве не только рекламного профиля одного человека, они так же собирают данные о социальных контактах этого пользователя со своим окружением, формируя модели потребительского поведения третьих лиц.
Таким образом, клиентоориентированные компании становятся спрутом, который запускает свои щупальца в личную жизнь ничего не подозревающих или незадумывающихся о последствиях цифрового следа, людей.
С этом момента формируется понятие цифрового неравенства, когда компании, владеющие #bigdata знают о своих пользователях больше, чем знают сами пользователи о себе и своих будущих действиях.
Де-факто компании могут по запросу пользователя представить любые данные о взаимодействии, но это всё равно, если вырвать слова из контекста, их интерпретация может быть настолько же широко трактуема, насколько и бесполезна.
Ценность массивов данных заключается в их структурировании и возможности обработки алгоритмами, которыми обладает #искуственный интеллект (ИИ).
Индульгенцию #деприватность может получить лишь в том случае, когда пользователю будет предоставлена возможность получения своей собственной пользы из собранных данных и будут пресечены попытки загнать человека в потребительскую мышеловку, генератором сыра в которой послужат транзакционные действия, совершенные в прошлом.