Любое литературное произведение — это, прежде всего, рассказ о чём-то, то есть связный, последовательно изложенный (ну… я надеюсь) текст на определённую тему. Он повествует о каких-то событиях, явлениях, персонах. Это, кстати, касается не только художественных текстов. Научная монография – такое же повествование, только отличающееся от романа содержанием и формой подачи информации.
Что такое нарратология и нарратор
В науке подобное повествование (связный, последовательно изложенный текст) называется нарративом. Происходит слово от латинского корня и, по сути, является калькой русских слов «рассказ» и «повествование». Хотя, как научный термин, всё же несколько от них отличается.
Нарратология — это область знания, изучающая тексты с точки зрения их повествовательности. В отличие от литературоведения, которое больше занимается исследованием творчества отдельных писателей и поэтов, а также направлениями в литературе, нарратология изучает сам текст. И рассматривает любое повествование в двух аспектах: с точки зрения содержания (что написано) и с точки зрения формы (как написано).
Нарратология – западная наука и, мне кажется, она связана родственными узами с зародившейся ещё в раннем Средневековье герменевтикой – искусством толкования текстов. Но, впрочем, углубляться я в эту науку не буду, по крайней мере, сегодня. Нас с вами интересует исключительно нарратор.
Так вот нарратор – это посредник между автором и читателем. Он выполняет функции передачи информации, в том числе её стилистического оформления. Нарратора не стоит отождествлять с автором, он продукт творчества писателя, а не сам писатель. Например, Л. Н. Толстой написал «Войну и мир», «Детство», «Севастопольские рассказы». Автор у этих произведений один. А нарратор? Правильно – разный.
В русском литературоведение один этот термин (Вот оно! Наконец-то, русские слова вместо иностранного!) заменяют два понятия: «рассказчик» и «повествователь», и содержание у этих понятий разное.
Повествователь в художественном тексте
Повествователь ближе всего к автору, он занимает объективную позицию и существует как бы вне текста, наблюдая за событиями со стороны. Но тем не менее повествователь — это не автор, а продукт его творчества, как и любой нарратор. Например, человек пишет научную статью о стратификации социальных групп, мрачный роман в жанре постапокалипсиса и юмористический пост о своём путешествии. Автор у этих текстов один, а вот повествователи (и нарраторы) разные.
Но обычно повествователь всё равно воспринимается читателями как автор или выразитель авторской позиции и даже авторских личностных качеств. Хотя позиция эта будет максимально объективной и обезличенной. Правда, степень этой обезличенности. конечно, разная.
Максимальная степень у так называемого отстранённого повествователя. Он просто рассказывает о событиях и персонажах, никак не оценивая и не комментируя их действия. Отстранённый повествователь находится за кадром, а иногда даже как бы над пространством повествования. И никак не проявляет себя как самостоятельная личность. Этакое всевидящее, но бесстрастное божество. А точнее, просто функция. Примером такого отстранённого повествователя может служить нарратор в романе Л. Толстого «Война и мир».
Выделяют еще тип погруженного повествователя. То есть такого нарратора, который воспринимается читателем частью описываемого мира. Нередко он как бы стоит за плечом фокального персонажа и видит его глазами происходящие события. Своё отношение, личные симпатии и антипатии погруженный повествователь тоже редко озвучивает открыто, но это уже чувствуется. По описанию событий и персонажей, по тем словам и фразам, что выбирает повествователь, можно понять его сочувствие или осуждение, симпатии или антипатии. К такому типу нарратора можно отнести, например, повествователя из романа «Отцы и дети» И. С. Тургенева или из романа «Обломов» И. А. Гончарова.
Степень погружённости и степень близости к персонажам тоже может быть разная. Например, повествователь в «Евгении Онегине» максимально близок к героям и живёт в том же мире, что и они. Его даже можно бы отнести ко второму типу нарраторов — рассказчику. Но все же он находится вне сюжета, за пределами самого повествования.
Рассказчик
Этот тип воспринимается читателями, как часть произведения, как полноценная личность, вызывающая иногда возмущение, желание поспорить или согласиться с его позицией. Рассказчик наделяется индивидуальными особенностями, характером, интересами, предрассудками, у него своё отношение к героям и событиям. Пожалуй, самый яркий пример рассказчика — доктор Ватсон из «Записок о Шерлоке Холмсе». Он одновременно и сюжетный персонаж, и находится как бы в стороне, уступив место главного героя Холмсу, о котором Ватсон и рассказывает.
Самый очевидный рассказчик – это главный герой, от лица которого ведётся повествование. Но он же и самый ограниченный в возможностях, потому что такому рассказчику доступно только то, что он сам видит и слышит.
Но рассказчиком может быть и не главный герой и даже не герой второго плана, как у Конана Дойля. Рассказчик может выступать в роли… именно рассказчика, повествующего о каких-то героях, событиях. Он время от времени мелькает в произведении или на него ссылается автор, слышавший его рассказ. Например, Иван Петрович Белкин в «Повестях Белкина» у А. С. Пушкина. Но и Белкин только посредник, он пересказывает слышанное от других людей.
Такой же нарратор характерен и для эпистолярного жанра, то есть романов в письмах.
Позиции и симпатии автора и нарратора могут не совпадать, и это тоже делает рассказчика полноценным персонажем произведения, даже если он не главный герой. Более того, рассказчик может обманывать и запутывать читателя, или просто не знать деталей, что вскрывается по ходу повествования ближе к развязке. Такой приём называется «ненадёжный рассказчик».
Вообще, типов нарраторов значительно больше, и в западной нарратологии это популярная тема исследования. Там вообще уделяют серьёзное внимание изучению характера повествования, потому что это нередко играет не меньшую роль, чем сюжет. И часто именно особенности повествователя и рассказчика делают успешной книгу с, казалось бы, незамысловатым сюжетом.