***
Звайтекс нес на руках Сибэя,
Спеша к многоэтажке той,
Заброшенной, где маячок родной
Домой вернет его скорее.
Он знал, бомжи, что в доме жили,
Всегда помогут его псу,
Устав, кого он на весу
Нес средь людей, что прочь спешили.
Деревья в темноте осенней
Листвой топорщились последней,
Что под октябрьскую медь
Уже спешила облететь.
Так на руках с разбитым псом
Звайтекс весь путь прошел пешком,
Но вот бомжей в сей поздний час
Нет, кажется, на этот раз.
Поднявшись на этаж девятый,
Он от усталости сперва,
Споткнувшись о настил дощатый,
Во мраке не упал едва.
Но тут в пустом дверном проеме
Звайтекс увидел слабый свет,
Собрав все силы напослед,
Вошел уже совсем в загоне.
Свеча на ящике стояла,
Квартиру тускло освещала,
Звайтекс едва и разглядел –
С Сибэем тут же на пол сел.
Сказал лишь тихо: «Помогите!..»
И отключился там, где был,
И тут же бред его накрыл,
Кому-то он кричал: «Бегите!..»
Когда он вновь глаза открыл –
Увидел у свечи Сибэя,
На крышке ящика тот был,
А рядом в сумраке темнея,
Над ним как кто-то колдовал –
Вторую лапу бинтовал.
Звайтекс стал тут же помогать –
Чуть пса за ноги придержать.
Не сразу присмотрелся взглядом
К тому, ну, а, точнее, к той,
Что суетилась над свечой,
Над тушкою Сибэя рядом.
Но правда же была она
Ну, как-то слишком уж странна –
В фуфайке, в клетчатых штанах,
И с шарфом черным в волосах.
Они так час почти молчали -
Все время, что возились с псом,
Где нужно справиться вдвоем –
Друг другу молча помогали,
Пока Сибэй, что в ступор впал,
Совсем замотанным не стал.
Но вот заснул под сенью рук,
Чуть-чуть лишь вздрагивал на стук.
Они с боков его сидели:
Звайтекс - спиною у стены,
Она с противной стороны,
И молча на свечу глядели.
- Ты кто? – свеча уж гасла в тыл –
Он наконец ее спросил.
- Я здесь живу, - она, смущаясь,
Пробормотала быстро вслед,
Как будто бы его ответ
Предупредить скорей стараясь.
Звайтекс еще чуть присмотрелся:
И вправду – интерьер простой
Той комнаты как был жилой:
Стол из каких-то досок сбитых,
Лежанка с ящиков накрытых,
И на бетон кой-где клеенка,
И вместо стекол в окнах – пленка…
- А как же ты сюда попала?
Она - частить вновь, торопясь:
- Да, мать, как умерла – отдали
В приют…. Была еще малась.
Пожар… Пила ведь мамка много…
А мне потом – одна дорога… -
Она, опять смутясь немного,
Продолжила: - И вот я тут
Нашла хоть бы какой приют.
- А как зовут? – Меня?.. Полина. –
Она, все так же торопясь,
Свое пробормотала имя.
- А как тебя?.. Простите – вас?..
Звайтекс чуть-чуть замялся: - Павел…
И тоже торопясь, добавил:
- Хоть редко так зовут сейчас…
- А как ты… вы сюда попали?
С собакой этой, всей в крови…
Сбежал как…. Или вы ушли –
Как будто за тобою гнались?..
- А я и впрямь сбежал с психушки… -
Звайтекс Полине рассказал,
Немного даже напугал –
Не псих ли он на ум и душу.
Но дальше – больше сам уж слушал
Историю судьбы ее –
Все горькое житье-бытье
В приюте, а затем в детдоме,
Как измывалась там над ней,
Причем, чем старше, тем страшней –
Ее начальница Ворона.
Как постоянно всюду гнали,
Больной на голову считали
И как директорша детдома,
Все та же самая Ворона –
Квартирку прибрала ее,
Положенную по закону
На выход в вольное житье.
Теперь вот, все что ей осталось,
Жить здесь и так… - «крутиться малость».
И рассказав, как утомилась,
Потом вдруг приподнялась в рост
И пересела на помост
К Звайтексу, там, где тень горбилась.
- А ты сюда ко мне пришел?..
Звайтекс замешкался повинно,
Как бы колеблясь рот открыть:
- Мне нужно до утра здесь быть…
Побуду чуть с тобой, Полина…
- Ах, Пашенька, голубчик мой! –
Она вдруг вскинулась. – С тобой
Мы обустроимся отлично…
И обняла совсем привычно.
(продолжение следует... здесь)
начало поэмы - здесь