глава 1, глава 2 , глава 3, глава 4
В следующие три месяца, проведенных в интернате, Егорка сдружился со всеми сверстниками, а особенно с Мишкой, семья которого, как оказалось, жила в соседнем с ними районе.
В доме Русовых теперь разговоры были только о спорте.
- Папка, я позавчера такую голуху забил! – радостно кричал Егорка, слетая со ступенек, когда родители в субботу забирали сына из интерната.
- Сын, правильно говорить, гол, - поправляла мать, - или вас там педагоги ничему не учат?
- Извини, мама, но комбинация получилась классная! Я отдал пас Мишке, сам проплыл на флаг, он мне мяч вернул и я бросил в дальний угол с отскоком от воды.
- Молодец Егорка! – похвалил отец.
- А как с успехами в учебе? – мать тоже была рада спортивным достижениям сына, но она также хотела, чтоб её ребенок был не только сильным и здоровым, но и умным, и образованным человеком.
- Мама, мне Ольга Петровна говорит, что читаю я очень хорошо, даже быстрее, чем нужно и с арифметикой у меня никаких проблем. А в понедельник мы будем рисовать открытки к празднику.
Учительница Егора в отличие от сурового Марата Аркадьевича Елизавете очень нравилась. Добрая, уже в возрасте, женщина относилась к неугомонным семилетним сорванцам, как к собственным детям, и те, о чудо, внимали её словам, чуть ли не с открытыми ртами, забывая на время занятий про свои хулиганства.
Через год Егор в составе команды своего возраста поехал на первые в жизни соревнования. Этот дебют мог состояться и ранее, но когда проходил областной турнир, Егора подкосила нежданно нагрянувшая простуда, а с заложенным соплями носом особо-то не поплаваешь, а уж об игре и думать было нечего.
Мишка, когда вернулся с соревнований, где их команда заняла третье место, четыре дня подряд рассказывал, как они играли и как он забивал, а потом до конца недели от случая к случаю вспоминал какие-то мелкие подробности или курьёзы. Егорка слушал, не перебивая, и завидовал другу, а тот, видя тоску в глазах приятеля, всегда после очередного своего рассказа добавлял: «Ничего, мы им с тобой еще покажем!».
И вот он шанс – краевые соревнования по водному поло. Всю дорогу, пока ехали в автобусе, Марат Аркадьевич рассказывал своим подопечным забавные истории из своего спортивного прошлого, отчего весь салон сотрясало от задорного детского смеха. А водитель автобуса, который давно знал тренера, не забывал подначивать друга Аркадича, когда тот вдруг замолкал. И веселье заходило на новый виток. Сам же Макарыч, двадцать лет проведший за рулем, принимая участие в беседе, одновременно с каким-то легким зудом недоверия следил за большегрузным автомобилем, который был едва виден в зеркале заднего обзора, но, тем не менее, неуклонно сокращал дистанцию. «И куда он так шпарит как ошпаренный?» - каламбурил про себя Макарыч.
Грузовик приближался. Это был «Камаз», груженый бетонными колодцами, который, догнав, наконец, автобус, к изумлению Макарыча пошел на обгон. «Идиот!» - пусть и вполголоса, но всё равно достаточно громко выругался он, сбавляя скорость.
Грузовик же завершив маневр, резко вернулся на свою полосу, причем настолько резво, что правыми задними колесами соскочил с асфальта на обочину. От этого прыжка внезапно открылся задний борт и один из бетонных колодцев вывалился из кузова. Макарыч, уходя от столкновения с неожиданным препятствием, крутанул руль влево, но бетонная громадина ударила автобус по задним колесам, тот упал на бок и, высекая искры по асфальту, соскользил в кювет.
Несколько секунд в салоне было так тихо, что подобной беззвучности позавидовал бы любой ценитель тишины. Но тут же раздались стоны и крики запоздалого ужаса, а потом громогласный рык тренера: «Макарыч, помогай в темпе!». Оба стали выносить детей из салона и отводить их подальше от автобуса.
Мишка, присев рядом с Егором, какое-то время молчал, потом произнес:
- Кажется, со мной всё нормально, а ты как?
- У меня слева что-то очень сильно болит и жжет, - Егор задрал куртку, чтобы посмотреть.
- Ничего себе у тебя синячище! – воскликнул Мишка, когда друг повернулся к нему левым боком. – Тебя тренер с таким ни за что в воду не пустит!
Егор посмотрел на друга, и Мишка увидел, как у приятеля на глазах наворачиваются слезы.
- Ну чего ты? Ну, хочешь, я тоже не буду играть. Скажу Марату Аркадьевичу, что у меня вон нога болит. – Мишка пытался словами утешить приятеля.
- Нет, ты играй, мы должны победить, - ответил Егор, вытирая глаза.
- Тогда я всех соперников буду пугать тобой и говорить, что им еще повезло, что мой друг сегодня не играет! – и оба засмеялись, хотя Егор делал это с большим трудом.
Марат Аркадьевич прошел мимо них, похлопав мальчишек по плечам, и направился к водителю «Камаза», который все это время стоял в оцепенении на обочине и лихорадочно хлопал глазами. В ту же сторону шел Макарыч.
Тренер остановился рядом с водителем, посмотрел на него и с размаху засадил ему в челюсть. Подошедший Макарыч добавил от всей души пинком в пах.
Вдали уже выли сиренами машины «скорой помощи».