В России опять реформируют пенсионную систему. Почему это стало сомнительной традицией и что не так с очередными грядущими изменениями — размышляет главный экономист "Эксперт РА", доцент НИУ ВШЭ Антон Табах.
Еще летом прошлого года Банк России предложил в рамках новой системы индивидуального пенсионного капитала (ИПК) три варианта пенсионных выплат. Это могло бы стать сенсацией, но, в отличие от предложенных в свое время планов ИПК (индивидуальный пенсионный коэффициент — Прайм) и ГПП (гарантированный пенсионный план), новый продукт не вызвал дальнейшего громкого обсуждения.
То, что накопительную пенсионную систему надо переделать – причем на ходу – это сложившийся консенсус.
Но сам подход к пенсионной тематике после повышения пенсионного возраста в 2018 году на входе токсичен, и этой темы стараются избегать. В результате, за проблему, носящую больше социальный и фискальный характер (инвестиционная сторона важна, но вторична), взялся финансовый регулятор, а не профильные министерства.
Предложенный вариант является заведомо компромиссным и предлагает реализовывать только идеи, с которыми все более-менее согласны – и это дает надежду, что пенсионные накопления выйдут из подвешенного состояния.
- Передача прав собственности и более свободного распоряжения "застрахованным лицам" — будущим пенсионерам – исправляет родовую травму системы обязательного пенсионного страхования, о которой доводилось писать еще в 2002-2003 годах.
- Консолидация обязательных накоплений с существующей параллельно системой добровольных пенсионных накоплений – тоже очевидное решение, от которого отнекивались много лет.
- Создание механизма полудобровольных отчислений и возможное участие работодателя – тоже понятный и разумный подход.
- Наконец, налоговые льготы по типу существующих для индивидуальных инвестиционных счетов тоже понятны и заведомо популярны – какими стали ИИС за годы их существования.
Острые вопросы – допускать ли к деньгам страховщиков или же о гарантиях сохранности средств – либо уже решены, либо отложены. А в результате консолидации НПФов на базе преимущественно крупных банковских групп эти группы также стали заинтересованными в развитии пенсионного рынка.
Сам рынок переживает откровенную стагнацию: фонды сливаются и укрупняются, но активы под управлением растут медленно, число регулярных плательщиков пенсионных взносов в добровольный сегмент системы откровенно недостаточен.
Представители среднего класса, которые могли бы присоединиться к НПФ, предпочитают более понятный и дающий немедленные налоговые "плюшки" ИИС или просто биржевую торговлю.
Надо хорошо понимать, что активное накопление на пенсию далеко не для всех россиян, а для тех 7-12 миллионов работников (при разных сценариях, от 10 до 18% работающих либо занимающихся мелким бизнесом). Для остальных основным активом останется жилье, а социальные выплаты и поздний уход с рынка труда шансом на выживание в старости.
Возможность высвободить средства, замороженные в существующей накопительной системе, будут хорошим стимулом для подключения к классическим пенсионным схемам, особенно у тех, кому до пенсии осталось 15-20 лет.
У тех, кто хорошо зарабатывал до 2013 года, сформировались существенные накопления.
Главный вопрос, не помешает ли страх тронуть пенсионную систему и вызвать очередную волну хайпа в медиа и соцсетях, желание потянуть время и не приделывать ручку к тяжелому чемодану накопительного компонента пенсионной системы.
Задача, вроде бы, не самая острая, но с каждым годом вилка между потребностями среднего класса при выходе на пенсию и относительно низкими страховыми пенсиями, ожидающими их, а также нехватки сбережений становится все больше.
"План Швецова" мог бы быть хорошим стартом, будет ли – менее очевидно.