И снова дождь. И снова вечер длинный.
Без света, с тишиной наедине.
Дрожа от ветра веточка жасмина
Стучит в окошко, - просится ко мне.
-----------------------------------
Жасмин. Сторожка. Тихий полустанок.
Над речкой неба голубая гладь.
Там я, мальчонкой, часто, спозаранок,
Курьерский поезд выбегал встречать.
-
Горячей грудью ветер разметая,
Летел в рассвет красавец паровоз.
Сверкая, мчалась мимо жизнь иная,
Кружилась голова от детских грез.
-
Хотелось верить в "царство тридесято".
В тот "светлый путь", что вел и обещал.
Играл гудок призывную кантату
И в жизнь иную за собою звал.
-
Как долго я - дитя самообмана,
Шел тем путем в наивности своей.
Куда-то мчал, доверчиво и рьяно
И... не заметил вечер у дверей.
-
Давно во мгле грустят места родные,
Уж нет сторожки, высохла река.
Нет никого! И на кресты косые,
Смахнув слезинку, крестится рука.
-
Все было ложно, как мираж в пустыне.
/Хоть вспоминать теперь уж не резон/.
Жизнь унеслась, а счастье и поныне,
Так "близко", как ближайший горизонт.
-
Куда, Мираж! Куда меня занес ты?
Устал в пути я. Но по чьей вине
Весь мой багаж лишь пройденные версты,
Да грустный сон, в котором снятся мне:
-
Глаза доверчивые, встречи радость,
Волненье легкой кофты на груди,
Тепло любимых губ, улыбки сладость...
Постой, гудок... не надо... не буди!
-
Пусть хоть во сне увижу мир желанный,
Что возникал так близок и далек.
Когда вдали заманчивый, органный,
Мне паровоза слышался гудок.
-----------------------------------
А дождь идет. По улице пустынной
Уходит вечер. Уж совсем темно.
Лишь старый куст озябшего жасмина,
Дрожащей веткой все стучит в окно.
-
13 декабря 1993г. (Алушта)