Призрак войны бродит по Европе. Создав угрозу, которую подхватил и развил Запад, Путин сделал роль жертвы для Украины невероятно разрушительной. Украине невозможно демонстрировать преимущества сближения с Западом и одновременно быть страной, на которую вот-вот нападут
У Байдена свое дзюдо, и он старается использовать прием Путина против него же. Проанонсировав чужую войну, Байден выбрал удачную для себя стратегию. Если война состоится, он окажется прав, если не состоится – он остановил Путина. Остановил, не уступив по принципиальным вопросам и – что для него важно – в единстве с союзниками, от имени Запада как политического целого. Об этом пишет Александр Баунов.
Путин, кажется, сам загнал себя в непростое положение. Угрозу дать военно-технический ответ он уже высказал, а основные российские требования, которые, по его мнению, носят экзистенциальный характер, Запад удовлетворять не намерен. Далее в такой ситуации российский президент должен либо потерять лицо, либо применить силу. О том, как Путин может выбраться из этого тупика пишет Герхард Манготт.
Попытка сдать назад подорвет авторитет Путина в глазах российских военных и силовиков. Те, кто думает остановить или наказать Россию при помощи санкций, должны понимать, что наиболее воинственная часть российской верхушки как раз не против введения западных санкций против олигархов, банков, компаний, долга и так далее. Особенно учитывая, что сегодня, как никогда ранее, внутри российской властной элиты созрел острый, но пока еще латентный конфликт между госолигархами и силовиками, зацикленными на безопасности и контроле. Об этом – научный лонгрид Татьяны Становой.
Пока все заняты украинским кризисом, внутри России без шума принимают одну из самых радикальных реформ последних лет, но это не делает менее масштабными ее последствия, которые затронут значительную часть общества и власти. В марте Госдума рассмотрит во втором чтении поправки в законодательство о местном самоуправлении, по которому упразднят городские и сельские поселения, а их полномочия передадут на более высокий, окружной уровень. Что от этого поменяется? Отвечает Андрей Перцев.
Также на Carnegie.ru:
- Научная статья Артема Шрайбмана о политическом режиме и международной ориентации Минска в начале 2020-х годов