Остаётся разобраться с последними короткими художественными произведениями Шукшина. Насколько Василий был в отношении подвержен взятому курсу на переосмысление подхода к творческому процессу? Скорее следует сказать, что такое практически нельзя отметить. Шукшин продолжал писать про людей, отличающихся от большинства, согласно присущего им необычного взгляда на мир. Читатель волен сказать, что Василий продолжил смещаться в сторону склонности человека к психическим расстройствам. Например, в рассказе «Други игрищ и забав» говорится про вроде бы адекватную реакцию, последовавшую у брата на беременность сестры. Дело в том, что сестра не желала сообщать имя отца ребёнка. Но разве такое допустимо? Нет! — решил брат, собравшись провести розыскные мероприятия. Тайными тропами перекрёстных бесед он выйдет на предполагаемого им в качестве отца человека, начнёт вести беседы с его родителями, дойдёт до рукоприкладства. Внимая всему этому, читатель видит лабильность поступков действующих лиц, чрезмерно импульсивных, скорых на поступки, минуя какое-либо осмысление. Тайна отцовства так и не будет решена, зато свар произойдёт изрядное количество.