Нет, не по той дороге решил идти Шукшин. Он направлялся прямиком в пропасть. Не мог советский писатель мыслить о подобного рода сюжетах, это становилось для него потенциально гибельным. Можно сказать, Василий сам себе рыл могилу. И даже закрадываются недобрые мысли, касательно его скоропостижной смерти, случившейся в 1974 году. Излишне вальяжно Шукшин входил в литературный процесс, более не описывая проблемы села, где случалось быть эпизодам раздолбайства. Василий брался за отражение проблем общества в более крупном масштабе, нисколько не сомневаясь, что поступает правильно. Только опасно говорить правду там, где от правды человеческого бытия попытались скрыться за иллюзорной ширмой стремления к коммунистическому будущему. Ну нельзя со страниц произведения громогласно заявлять про стремление к воровству, так присущее гражданам Союза. И нет смысла рассуждать, насколько данная черта являлась характерной для любого человека, из населявших Россию ещё со времён Руси. Теперь Шукшин говорил прямо и открыто — всё в государстве сделано специально так, чтобы люди сознательно шли на воровство.