Роман «Звёздочка ещё не звезда» глава 161 часть 2
Иван Ширяев бежал, от дома матери, пока хватило сил. Выдохся он быстро, дорога шла в гору. Он остановился и не знал, куда ему идти дальше: «Домой не пойду, нечего мне там делать. Хотя сыновей жалко и Тигру, а Таньку, ну, нисколько. Может и правда, взять, да и развестись, и дело с концом? Но, так просто она от меня вряд ли отстанет, да и я к ней прикипел душой. — и тут Иван вспомнил про завод, — О-о… Да это всё меняет! Как я сразу-то не догадался… Пойду-ка я, пожалуй, в свой цех: в красном уголке и переночую, а там глядишь Танька одумается, сама придёт мириться».
Иван оживился, настроение у него приподнялось, до завода идти было минут пятнадцать, не больше, и он пошёл. Падал снег, словно заметая его следы от дома матери, за ненадобностью. Иван знал, что назад дороги нет: к матери он не вернётся.
Но сердце его пронзительно щемило, и он оглянулся, надеясь, что мать опомнилась и вот-вот окликнет его, и позовёт: «Ваня-а, вернись, сынок!»
Но кроме лая собак и завывания ветра он ничего не услышал, и на него опять навалилась грусть, тоска и обида. Морозный ветер обжигал щёки, Иван уткнулся носом в шарф, чтобы согреться.
«И зачем я только к матери зашёл, не понимаю? — размышлял он и не знал ответа, — Мог бы ведь и мимо пройти, а меня ровно черти к ней затащили. Вроде и встретила хорошо, а я и расслабился, а она враз и мне будто под дых ударила, — он вспомнил отчётливо слова матери: — «С Алькой я тебя, сам понимаешь, больше не оставлю…»
И содрогнулся: «Вспомнила ведь, не забыла, а уж столько лет прошло. А я ведь уж думал, что из памяти этот случай стёр, а вот и нет: мать взяла да напомнила, как нарочно. Не смогу я её простить, не смогу».
Он обхватил голову руками, в точь-в-точь как тогда в детстве, закрывая себя от ударов кочерги, которые наносила ему мать. Алька кричала от испуга. От её крика и крика матери, казалось, что не выдержат его ушные перепонки. И он взвыл как волк и тут же очнулся от воспоминаний.
«Забыть, надо всё забыть, а иначе я же жить не смогу. Как же мне с этим жить? Ну как? Так же и рехнуться можно. А за мать я не отвечаю, она сама за всё ответит, когда время придёт», — он продолжил идти в сторону завода. Вдали уже виднелись его огни.
«А пирожки-то были вкусные, сейчас бы съел штук пяток», — в его желудке заурчало, и он вспомнил что сегодня с утра не ел. Он подошёл к фонарю, взглянул на свои часы и вздохнул: «Эх, магазин-то уже закрыт… Придётся до утра терпеть, пока буфет на заводе не откроют».
Незаметно для себя он оказался у завода. Подошёл к крыльцу центральной проходной, поднялся по ступенькам и вошёл. Вахтёры клевали носом в своих кабинках. Иван встал к своему и постучал по стеклу окошка. Вахтёр открыл глаза и спросонья хлопал ресницами, а потом проворчал:
— Куда это ты, Ширяев?
— Как куда? Конец года, план горит. Попросили, вот я и вышел. Я ж партийный — попробуй, откажи. Двадцать два-семьдесят четыре, — назвал Иван номер своего пропуска.
— Да помню, помню, — сказал вахтер и вытащил пропуск из ячейки, а потом протянул ему.
— Спасибо, Ефимыч! — крикнул Иван, проходя через скрипучий турникет проходной.
— На здоровье, — ответил вахтёр и зевнул, а потом, себе под нос пробубнил: — И чё дома ему не сидится, спрашивается? План у него горит, понимаешь ли, да он каждый месяц горит да не догорает. — Он зевнул ещё раз: — Ох-хох-хох… Только-только глаза сомкнул и на те — рыжий разбудил… Тьфу-у… Ничё, начальство уже прошло, можно и ещё покема́рить*.
Иван довольный тем, что ему удалось пройти через проходную, шёл и насвистывал песню про чёрного кота, которому не везло.
«А ведь я тоже кот, только рыжий, но такой же невезучий», — подумалось ему.
В цех Ивану удалось зайти незаметно. Он поднялся на второй этаж, быстро прошёл мимо кабинета начальника цеха и юркнул в комнату отдыха, а по совместительству и красный уголок. Хотел было включить свет, но сразу передумал, чтобы не привлекать внимание. Света от заводских фонарей было достаточно, чтобы не стукнуться о стол, стоящий посреди комнаты. Иван снял пальто, свернул его и положил у спинки дивана заместо подушки. Ему захотелось пить. На столе стоял графин и несколько стаканов. Иван налил в стакан воды и с жадностью выпил.
«Вот теперь и спать можно. — произнёс он вслух, — Танька-то, наверное, сейчас голову ломает, где я? Ничего — это ей на пользу. Хоть спесь маленько спадёт и глядишь — меня ценить начнёт. Хотя, вряд ли…»
***
… В обеденный перерыв Иван ждал Татьяну в заводской столовой. Он занял очередь. Очередь приближалась. Он взял два пластиковых подноса, вилки и ложки, и нервно переминался с ноги на ногу. В очереди шушукались по поводу его исцарапанного лица, и он краснел от стыда.
Татьяна, увидев его, подошла, как будто бы между ними и не было вчерашней ссоры. Она сверкнула белоснежной улыбкой и похвалила:
— Вот, молодец, очередь занял! А я боялась, что долго стоять придётся, а есть хочу как собака.
— Не как собака, а как царица, — поправил он её, и она не стала с ним спорить. Она вдруг опять поняла, что он ей дорог как никогда раньше. Иван тоже осознал, что кроме жены и детей он никому в этом мире не нужен.
Пояснение:
покема́рить* — вздремнуть
© 19.02.2022 Елена Халдина, фото автора
Запрещается без разрешения автора цитирование, копирование как всего текста, так и какого-либо фрагмента данного романа.
Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны.
Продолжение глава 162 часть 1 Новый год по-взрослому будет опубликовано 21 февраля 2022 в 04:00 по МСК
Предыдущая глава 161 часть 1 Старший сын Валентины
Прочесть роман "Мать звезды", "Звёздочка", "Звёздочка, ещё не звезда"
Прочесть рассказ Ванька