* * *
Но время быстрое летело –
Сентябрь дождливый наступил,
Год скоро, как Звайтекс здесь был,
С тревогой думал то и дело,
Что приближается как рок
К концу двадцатилетний срок,
А он ведь главного не понял,
Того, что всех людей убьет,
Шифр этот – «ебесоокьлот».
Казалось – вот, как на ладони,
Но так за двадцать лет в итог
Он тайну разгадать не смог.
Но тут еще страшней проблема,
Ужасная, как ни крути, -
Как из психушки сей уйти,
В которой был сейчас…. Дилемма…
Отсюда нужно вырываться –
Уйти нельзя! Нельзя остаться!..
Ведь он на крыше уж оставил
Многоэтажки маячок,
Теперь лишь там, он знал из правил,
Откроется огня пучок –
Мостом что станет трансперфома…
Но нужно вырваться с дурдома…
Звайтекс как в лихорадку впал –
Все время голову ломал.
Он реже виделся с Сибэем,
Но коль свободу урывал –
Делился ужасом, немея,
А тот как будто понимал
Тот ужас ужасов - признаться –
Здесь, на земле, навек остаться…
Но ведь того не избежать,
Коль под маяк в час «икс» не стать.
А час тот быстро приближался:
Октябрь, четвертое – на свет
Тому уж ровно двадцать лет
Назад он на земле рождался.
И в этот утренний же час
Имел единственный он шанс
Назад, в небесный дом вернуться,
Земного ужаса кошмар,
Куда на двадцать лет попал,
Забыть – как, наконец, проснуться…
Чем ближе срок, тем было хуже
Звайтексу, он не находил
В той западне, в которой был
Ключа, что к выходу был нужен.
А третьего под вечер к луже
Заветной, там, где был Сибэй,
Пробрался он окольным кругом
И там до ужина сидел,
Отчаянно обнявши друга.
На ужине увидел с мукой
Он Еву через столик рядом,
Дрожащую под каждым взглядом,
Зачем-то прячущую руки.
Придя в палату, сел на койку…
И вдруг нежданно зарыдал,
Впервые, кажется, как стал
Он человеком взрослым, горько…
Отчаянье его душило –
Земля представилась могилой,
Где в двадцать лет его беда
Уж вечной станет навсегда…
Он знал, что выйти не удастся –
Внутри охранников заслон,
Другой на КПП кордон,
Пройти бессмысленно пытаться.
Так что – под ужасы все эти
На этой засраной планете
Остаться навсегда, навечно?..
Рыдал он с ужасом сердечным.
И не заметил, как подсели
К нему на койку по углам
Сначала Сталин, вслед Адам
И скорбно на него глядели.
- Изаура, се – что случилось? –
Уставившись, спросил Адам,
- Уж не Евфрата ли пролились
Источники в раю не там?
- Ребята! – вдруг Звайтекс ответил, -
И взгляд от пола оторвал,
- Уйти мне нужно…. Я пропал…
Мне смерть уже сегодня светит…
- Погибель – се, судьба людская, -
Адам отчетливо изрек,
- Со дня паденья человек
Здесь на земле – се, умирает…
Звайтекс мучительно скривился:
- А я…. Поймите, я спасусь…
Коль если за кордон прорвусь…
Я знаю…. Я недаром бился…
Поймите: я, как вы – не тот…
Я не такой, как эти люди…
(В мозгу вдруг – «Ебесоокьлот!»)
Я скоро здесь уже не буду…
Я не могу средь этой лжи…
Я дотянул…. Я должен жить!..
Мне б только вырваться отсюда…
- Охрана с буржуазной гнилью, -
Вдруг Сталин бросил как-то вскользь.
- Друзья же подсобят авось -
Разрушить этот мир насилья.
И силу пролетариата
На бдительность проверить надо…
А ты что смотришь, тварь святая!? –
Он, дико взвизгнув, заорал
В лицо Адаму. – Гниль тупая!..
Ты меньшевистский центр собрал!?..
И всем мозги засрал ты следом
Своим вонючим райским бредом!?..
Звайтекс с Адамом осеклись,
И даже дернулись чуть ввысь.
Но тут охранник из дежурки
На крик в палату заглянул.
- Ты – мразь!.. – сорвавшись, Сталин юрко
Адама за грудки рванул
И тут же - выше и за шею
Сдавил, свалил и, свирепея,
Стал на полу уже душить:
- Бухаринской свинье не жить!..
Они катались до порога,
Охранник попытался встрять,
Но одному их не разнять –
Скорей на помощь звать второго.
И стали разнимать вдвоем…
Звайтекс привстал, вдруг мысль – «идем!»
Как будто бы мозги накрыла.
Путь вниз и вправду был открыт,
Уже пустой дежурки мимо
Спустился он под лестниц стык
И выйти с корпуса подался,
А крик за ним наружу рвался,
Пройдя одну из двух преград,
Звайтекс поспешно вышел в сад.
- Сибэй, - позвал он пса тихонько,
И тот, уже как будто ждал,
Ему навстречу побежал,
Скуля от радости негромко.
И в сумрачной ночной тиши
Они на КПП пошли.
Звайтекс шел как на автопилоте,
Как будто кто-то его нес,
Не зная, как пройдет ворота
И что ответит на вопрос.
На КПП – два санитара,
Знакомые – большой и малый –
Взамен охранников больных
Шабашили сейчас за них.
Большой Звайтекса заприметил:
- Гляди – Изаура идет!
Куда ж дебилушку несет?
Изаура!?.. Тот не ответил.
И так же бледный шел, как мел.
- Изаура, ты охренел?
Большой к Звайтексу подогнулся,
И на бок так его пихнул,
Что тот, свалив у стойки стул,
Упал и в парапет уткнулся.
Но сзади вдруг услышал хрип,
И лай глухой, и в страхе крик:
- У-ё!.. Пошел!.. Семен, скорей!..
Ах, сука!.. Вынь лопату – бей!..
То в сумраке ночном Сибэй
К борьбе за выход подключился -
Большому в ногу хваткой впился.
Те оба рвали и метали,
Звайтекса с виду потеряли,
А он поднялся по трубе
И тихо вышел с КПП.
И прочь бежать уже хотел,
Как визг Сибэя долетел.
Звайтекс тотчас остановился,
И видел, как из КПП дверей
Наружу вылетел Сибэй.,
И не пытаясь даже встать,
Остался на земле лежать.
Ругаясь матом, санитары
Ушли, зализывая раны,
И даже не заметив вроде,
Что пациент был на свободе.
Звайтекс к Сибэю подобрался
И на руки его поднял,
Тот чуть скулил и содрогался
И с морды слез ручей бежал.
Ведь санитары в дикой злости
Лопатой перебили кости,
Кой-где на лапах, как сломали,
Наружу из шерсти торчали...
(продолжение следует... здесь)
начало - здесь