Началось обострение на Донбассе – звоню своей тете, которая живет в Горловке, узнать как дела и позвать к нам. Она закономерно никуда эвaкуирoваться не собирается. Как и все ее соседи, друзья, коллеги. Хотя живут практически на линии разграничения, вчера даже уезжала в центр города к знакомым ночевать – так страшно дома было.
- Кому наши люди там нужны? – говорит. – Нет, хватит, я в конце 2014 уезжала, больше не хочу. Что там делать, а вдруг домой потом не пустят? Как бросить дом? А собака, кошка, куры? Нет, спасибо, что позвали, я остаюсь. Лучше дома – чтобы не случилось. Если мы летом 2014 на кострах готовили и без света и воды жили, то сейчас уж точно проживем. Не надо нам ни санаториев, ни 10 тысяч. Мне без дома ничего не надо.
На предприятие, на котором работает мой муж, в четверг приехали ребята из Донецка. Муж и жена, оба программисты, работают удаленно. Получили паспорта РФ, приехали перезаключать договор на новые паспортные данные. Решили устроить себе маленькое путешествие – из Донецка до Ростова на своей машине, потом на поезде в Москву, погулять, деньги получить, кое-какие детали для компьютеров купить и обратно. А тут такие новости. Вчера в ночь рванули обратно в Ростов, не до гуляний уже – домой бы попасть.
- Куда вас несет? – удивляемся мы. – Всех эвaкуируют, а вы рветесь обратно?!? С ума сошли!
- Да вы что, - удивление в ответ, - у нас дома компьютеры, дома кот и рыбки, за ними соседка присматривает. В соседнем поселке родители. Нам домой надо любым способом, какая эвакуация. Надо спешить, пока можно вернуться!
Сегодня утром позвонили – доехали они до границы, а их не пропускают. Пункты пропуска между РФ и республиками работают только в одну сторону – в Россию, в обратную никому нельзя.
Парень просился, рассказывал, что он подлежит призыву, там же мoбилuзацию объявили, вот он едет домой.
Нет и все. Не положено.
Для нас непонятно – ну куда вы рветесь то? Там опacно, оттуда людей вывозят, а они домой и все тут.
Моя тетя легко объясняет этот феномен:
- За восемь лет уехали все, кто хотел. Если мы восемь лет так живем, то чего сейчас вдруг меняться. Бояться пoгибнуть? Так отбoялись уже все. И я, и мои друзья больше опaсаемся жить приживалками, чтоб тебя под микроскопом рассматривали, помощью попрекали. Да не вас я имею ввиду! Я в целом! Страшно своего никогда ничего больше не заиметь. Молодежь то ладно, они всюду приживутся, а мы стен родных уже не построим и не купим. Уедешь, а вдруг тут все пропадет. Лучше остаться.
Директор московского предприятия перезвонил своим донецким программистам:
- Ребята, давайте обратно! Пересидите здесь, в конце концов, на компах в офисе работать будете, ну это же cамoyбuйсmвo сейчас туда рваться, тем более все равно не пускают!
А они уже план придумали. Если до понедельника не начнут пускать, если дороги между городами республики будут открыты, то родня приедет к ним в квартиру, соберет компьютеры, хоть какие-нибудь вещи. Кота и рыбок «эвакуируют» в поселок к родителям. А вещи и компьютеры надо будет с уезжающими в Ростов передать. И будет молодая семья сидеть где-нибудь в съемной квартире недалеко от границы. Ждать, когда домой пустят.
Странные люди.
А может не странные. Мы бы, наверное, так же себя вели. Дом – он и есть дом. Что бы там не происходило.