Молодого Есенина, едва приехавшего в Петроград, сразу окружили поклонницы. И поклонники. Сергей быстро понял, что к чему, но вида не подавал и отчасти даже пользовался сложившейся ситуацией.
Городецкий – Есенину: «Много о тебе думаю и радуюсь в тёмные дни свои, что ты еси. Ради Бога, не убейся о немцев, храни тебя твой Иисус! Всё мне кажется, что я на тебя не нагляделся и стихов твоих не наслушался. Будь здоров, весел и певуч, не забывай про меня. Целую тебя нежно. Не влюблён я в тебя, а люблю здорово».
Клюев – Есенину: «Голубь мой белый! Ты в первой открытке собирался о многом со мной поговорить и уже во втором письме пишешь через строку и вкратце, – на мои вопросы не отвечаешь вовсе… Ведь ты знаешь, что мы с тобой козлы в литературном огороде, и только по милости нас терпят в нём».
Наметился если не любовный треугольник, то противостояние Городецкого и Клюева за внимание Есенина – уж точно. Клюев знакомил Есенина с лучшими людьми Петрограда, давал ценные литературные советы. Городецкий, как поэт был слабее, зато имел влияние и обещал Сергею помочь избежать призыва в армию.
В один из вечеров Клюева и Есенина принял Александр Блок. Есенин похвастался этим событием в письме к одной барышне: «Вчера гуторил с Блоком». Заодно и пожаловался – «Одолеваем ухаживанием Клюева».
Клюев постоянно предлагал Есенину уединиться – снять квартирку на двоих, а то и вовсе номер на час. Сергей упрямо и упорно делал вид, что ничего не понимает.
Подписывайтесь на наш канал, чтобы быть в курсе главных литературных казусов и баек. «В контексте» – ваш шанс блеснуть интеллектом в любом разговоре об искусстве.