- Видишь дорогу? – раздался за спиной женский голос, обдавая Лику приторно-сладким дыханием.
Вглядываясь в тропинку, что извиваясь, проходила через темный лес, Лика кивнула.
- Она ведет к ним, - прошептала незнакомка.
- К ним? К кому, к ним?
- Ты сама все прекрасно знаешь. Иди и не оборачивайся. Встретимся на поляне.
- На какой еще поляне? Как я найду ее? – попробовала было возмутиться Лика, как ноги сами понесли ее вперед, только успевай, запоминай дорогу.
- Да фиг я вам так запомню, - взвизгнула она, и на бегу умудрилась надорвать зубами футболку, чтобы использовать лоскутки как хлебные крошки.
Пока добежала до заветной поляны, футболка заметно укоротилась.
«Попросила у брата футболку поносить. Задаст он мне теперь чертей», - вздохнула Лика и оглянулась.
Это была та самая поляна, где они разбили привал, когда убегали от тумана и где их нашел Остин.
Да, и здесь же они услышали тот таинственный свист, который, если верить легенде, раздается, когда находят клад. Клад…
Лика нахмурилась, припоминая, что ей рассказывала Амиде.
Аксену погребли в сером камне вместе с драгоценностями. И еще, тройным свистом Дымарь закрыл это место от посторонних глаз, обещая открыть только тем, кому суждено продолжить давнишнюю историю.
- Неужели? – ахнула Лика. - Неужели Аксена лежит здесь? – и, почувствовав приторное дыхание за спиной, невольно вздрогнула.
- Кто ты? – набравшись смелости, спросила она. - Может, покажешься?
- Может и покажусь, - то ли шум ветра, то ли шелест травы, то ли действительно голос.
– Но ненадолго, - легкое шуршание одежды и незнакомка уже стоит перед ней.
Лика заворожено и с каким-то трепетом разглядывала изящные и неброские черты лица.
Светлые волосы, собранные в хвост. Тонкие светлые брови. Раскосые светлые глаза. Светлая кожа. Светлые одежды. Вся такая тонкая и светлая, чуть ли не прозрачная.
- Ты, это она? – пришла внезапная догадка.
- Произнеси вслух, - повелела незнакомка. – Мое имя не такое и страшное. Тем более что ты и твои друзья уже побывали в моих объятьях, но я вас отпустила. Так кто я?!
- Смерть…
Кивнув, раскосая улыбнулась тонкой и светлой улыбкой.
«Какая же она красавица. Невзрачная, но красавица!» - Лика вдруг поняла, что ничуть не боится.
Такое спокойствие укутало ее, такая умиротворенность…
- А ты тоже работаешь вместе с Дымарем?
- Я? – заливисто рассмеялась Смерть. – Работаю? Скажем так, я иногда выполняю некоторые его просьбы. А теперь за дело. Запоминай; вы должны соединить сердца влюбленных.
- Чего? – опешила Лика от такого заявления. – Какие еще сердца?
- Не перебивай! Драгоценности заберете, то плата за вашу службу. Гребень не трогайте, хоть ушло с него проклятье, но ничего не стоит заново наслать. Я эту вещицу припрячу от дурных глаз и помыслов. А вот кольцо с рубином твое по праву, можешь смело носить его. Кровавый камень даст силы, внесет ясность в мысли, да и лярву лишний раз отпугнет, а то следит эта пакость за каждым вашим шагом. Влезть не влезла, но всегда рядом. Поняла?
Внимательно слушая, Лика только и знала, что кивала головой.
- А сейчас посмотри внимательно на поляну, - продолжила раскосая. – Посмотри, а потом крепко зажмурься и тогда третье око покажет тебе Аксену.
Лика добросовестно вытаращила глаза, стараясь запомнить каждый уступ, каждый камень.
- Закрывай! – легкий толчок в спину.
Сначала была темнота, а потом светлыми пятнами стали проявляться ступени, уходящие в горы.
И в одной из ступенек показался темный силуэт лежащей на спине женщины.
- Вижу! – обрадованно выкрикнула Лика, но никто ей не ответил. Одна стояла она на поляне, а где-то вдалеке слышался нежный перезвон.
- Это колокольчики так звенят, - Лика почувствовала, как ее укутывает теплый туман и несет куда-то, несет. – Колокольчики мои, цветики степные… - улыбаясь, прошептала она.
Друзья уже давно позавтракали и сидели за столом, ожидая, когда проснется Лика. А та все спала и спала…
- Посмотрю, как она там, - не выдержала Ирина, и уже десятый раз за утро метнулась в избушку, и десятый раз появилась на крыльце, недоуменно разводя руками.
- Что, все дрыхнет? – не поверил Левка.
- Спит, - кивнула Иринка. – И стихи какие-то шепчет.
- Какие еще стихи?
- Про колокольчики там… цветики лесные…
- Степные, - поправил Левка. – Цветики степные. У папы в молодости мотороллер такой был с прицепом. Так вот, посадит он Лику за руль, нас с мамой в прицеп и айда по степи гонять! А там колокольчиков этих видимо-невидимо! Помню, Лика кнопка такая, стоит за рулем, смехом заливается, ветер косички ее смешные треплет… А потом мы привал устраивали. Мама покрывало на траве расстелет, вареную картошечку почистит, колбаску помидоры и огурчики нарежет и м-м-м-м-м! – зажмурился от удовольствия он. – И помню, как Лика кружиться среди цветов и напевает:
«Колокольчики мои,
Цветики степные!
Что глядите на меня,
Темно-голубые?»
Ударившись в воспоминания, Левка заметно пригорюнился, чем очень удивил друзей.
- И чего приуныл? – толкнула его Иринка. – Такие воспоминания хорошие, а ты расквасился.
- Да так, - отмахнулся тот и, чтобы никто не увидел заблестевших глаз, быстро ретировался к умывальнику.
- Расклеился боец, бывает… - философски заметил Остин. – Интересно, какое кино там Лика смотрит? – вздохнул он, не в силах дождаться, когда проснется любимая.
Друзья уже начали паниковать, когда из дома вышла заспанная Лика.
- Ну, наконец-то! – радостно завопил Левка, как вдруг нахмурился и недовольно скрестил на груди руки. – Не понял, а что с моей футболкой приключилось? С чего это она так резко подсела? И вообще, что за вид?
- Ой! – опустив глаза, Лика замерла. – О-о-ой! – совсем с другой интонацией произнесла она и шмыгнула в дом, так как футболка едва прикрывала кружевные трусики-шорты.
- Из тебя получится отличный муж-тиран, - фыркнула Иринка и бросилась за подругой.
Левка гневно взглянул на Остина и Глеба, а те в свою очередь прилагали все усилия, чтобы показать брату-деспоту, что они ничего не видели и не слышали.
- Будь любезен, передай мне соль, - деловито произнес Глеб, быстро орудуя ложкой. – Такая вкусная каша! Давно такой не ел.
- Держи, - протянул ему Остин солонку.
- Премного благодарен.
- Не за что.
- Ой, ради Бога! - не выдержал Левка. – Оставьте уже эти китайские церемонии! Клоуны! Каждый день эту кашу едим, уже поперек горла стоит!
- А чего ты ведешь себя как придурок? – хмыкнул бывший зять. – То слезы умиления тут пускал, то за короткую футболку готов порвать.
- Не короткую, а укороченную каким-то непонятным образом!
- Вот она сейчас переоденется и расскажет, что там с футболкой случилось, - стараясь не рассмеяться, примиряюще произнес Остин.
Продолжение следует.
Полная версия на сайте Ридеро и Литрес
Начало здесь