Русский след
Американский гамбит Сергея Витте
Имя графа Сергея Юльевича Витте в особых представлениях не нуждается - он один из самых упоминаемых в прессе государственных деятелей времен последних Романовых. В этом «индексе цитирования» он уступает лишь Столыпину. Уже много раз «пережеваны» его заслуги на посту министра финансов Российской империи (1892- 1903), а затем и премьер-министра (1903-1906). Нет смысла повторять то, о чем написано бессчетное количество раз, - не этим нам сейчас интересен этот человек.
У графа Витте была одна особенность, одна черта, которая делает его фигуру крайне актуальной и любопытной не только для знатоков истории, но и для современных молодых людей, которые, может быть, о Витте то и не слыхивали. Дело в том, что Витте был одним из первых русских государственных деятелей, кто понял все громадное значение, которое имеет для политика правильный пиар своей персоны. Конечно, термина public relations в российском политическом лексиконе того времени не существовало, так что граф Витте и не подозревал, что он выступает в роли собственного пиар-менеджера и имиджмейкера, однако сути дела это не меняет...
Как подправить общественное мнение?
В свое время известную революционерку Брешко-Брешковскую называли «бабушкой русской революции». По аналогии с этим афо ризмом Витте можно назвать «дедушкой русского политического пиара». Как грамотная обработка общественного мнения может повлиять на принятие судьбоносных решений, Витте хорошо показал на мирных переговорах с Японией в 1905 году.
Ситуация была такова. К лету 1905 года полное поражение России в Русско-японской войне 1904-1905 годов стало очевидным. Кроме того, в империи вовсю полыхал революционный пожар. В этой ситуации японское правительство надеялось извлечь максимум выгоды из своей победы. Максимум заключался не только в вытеснении русского влияния из Китая и Кореи — Россия должна была еще уступить остров Сахалин и заплатить огромную контрибуцию. США, которые всячески поддерживали Японию в этой войне, «любезно согласились» предоставить свою территорию для ведения мирных переговоров.
9 августа 1905 года в американском городе Портсмут открылась мирная конференция, которая должна была положить конец затя нувшейся войне.
Японская делегация во главе с бароном Комурой пребывала в абсолютной уверенности в своем неизбежном торжестве. Еще бы — ведь за ними стояли финансовая мощь и общественное мнение Соединенных Штатов Америки. На тот момент и позицию американских газет, и умонастроение большинства американцев можно было охарактеризовать как абсолютно японофильские. Японцев хвалили, японцев чествовали, японцев всячески поддерживали в их «героической борьбе с русским медведем». Казалось, в таких условиях японским дипломатам не составит труда вытребовать у России желанную награду. Но именно здесь их ждало жестокое разочарование. И преподнес им это разочарование Сергей Юльевич Витте.
Еще по пути на конференцию Витте разработал стратегию своих дальнейших действий на переговорах. Помимо прочих, чисто ди пломатических моментов, она включала в себя и такой любопытный пункт: необходимо было изменить американское общественное мнение в пользу России. Изменение настроений американцев, полагал Витте, неизбежно повлияет и на изменение политической позиции руководства страны. А это уже неплохая точка опоры для противодействия японским аппетитам. Но как же достичь такого изменения?
Витте был убежден, что для этого нужно следовать двум правилам.
Первое — необходимо быть максимально открытым и дружелюбным по отношению к журналистам. Витте прекрасно знал, что влияние прессы в Америке огромно. Именно она формирует «образ мыслей» рядовых американцев. Перетянуть на свою сторону прессу — вот залог успеха.
И второе — необходимо расположить к себе простых американцев. Население Америки крайне демократично - значит, нужно держать себя с ним просто, безо всякого чванства и церемоний.
«Какой актер умирает во мне!»
С первого же дня своего пребывания в Портсмуте Витте неуклонно держался этих двух правил. «Я был ежеминутно на виду, как актер на большой сцене, полной народом», — вспоминал он позднее. Витте-актер играл гениально. Первым же своим выпадом он нанес серьезную рану японским дипломатам.
В самом начале переговоров русский представитель высказал шокирующее по тем временам предложение: пусть на всех без исключения заседаниях конференции присутствуют все представители прессы, какие только пожелают. Это неслыханное по своему демократизму предложение от представителя самодержавной России вызвало среди журналистов удивление, смешанное с восхищением. Первым же своим шагом Витте расположил к себе всю пишущую братию на всех континентах. Разумеется, Витте вовсе и не желал действительного присутствия журналистов на своих беседах с Комурой. Но здесь он ничем не рисковал. Витте заранее был уверен, что японцы никогда не согласятся с этим предложением. А если так - то по чему бы не использовать это в своих интересах?
И во все свое дальнейшее пребывание в Портсмуте Витте продолжал либеральничать с прессой, как только мог: он не отказывал в интервью никому, охотно отвечал на расспросы журналистов, позволял себя бесконечно фотографировать и т.д.
Одновременно Витте превосходно разыгрывал тонкую комедию, изображая «своего в доску» парня перед американцами. Он жал руку машинистам возивших его поездов (отпуская при этом смутные намеки в стиле Паратова из «Бесприданницы» - мол, «я, если присмотреться, и сам такой же бурлак», сам всего добился), уважительно разговаривал с прислугой и вообще - общался со всеми как равный с равными. Но при этом Витте не переигрывал, не превращался в простоватого «дурачка»: американская публика видела перед собой добродушного, но вместе с тем и явно умного человека. Витте стано вился в глазах американцев тем самым nice guy — «славным малым», которому-то и стоит симпатизировать (а вовсе не чопорным .Japs - «япошкам»).
Спасти все, что можно спасти...
И в конечном итоге Витте добился своего. К концу мирной кон ференции симпатии американского общества явно переместились на сторону России. Японцы, поначалу не придававшие значения этой, как они считали, «суетливой возне» русского дипломата, те перь поняли, какую ошибку они допустили - поддержка Америки от них ускользала!
Все попытки японских представителей спешно наверстать упущенное и скопировать «демократичное» поведение Витте оказались тщетны. Ну не получалось у замкнутых и суровых от природы японцев убедительно симулировать открытость и добродушие! Всем было сразу видно, что «ребята ищут популярности», да вот беда - не очень-то это у них получается.
Конечно, с актерским мастерством Витте японцам было не сравниться. Сергей Юльевич играл вдохновенно и убедительно — все его слова и поступки выглядели настолько естественными, настолько органичными, что даже самые заядлые скептики задумывались: уж не ошиблись ли они в Витте? Может, он и вправду такой «рубаха-парень» и «добрейшей души человек»?
Плоды умело проведенной Витте пиар-акции не заставили себя долго ждать. Убедившись, что за Японией больше нет американской поддержки, Витте мог себе позволить быть гораздо более твердым, чем ожидали в Токио, Вашингтоне и Петербурге. Он, конечно, отдал то, что и без того было уже захвачено японцами: русские концессии в Корее и Китае, южную половину острова Сахалин. Однако северную часть Сахалина удалось отстоять. Также не удалось японцам взыскать с России и денежную контрибуцию.
5 сентября 1905 года наконец-то был подписан Портсмутский мирный договор. России пришлось поступиться многим. Недалекие отечественные ура-патриоты в те дни ожесточенно ждали появления Витте и язвительно называли его «графом Полусахалинским» (намекая на уступку южной половины острова). Однако они просто не понимали, что эти потери Российской империи оказались гораздо меньшими, чем ожидалось в начале переговоров. И одной из главных причин такого успеха был умелый пиар, проведенный Сергеем Юльевичем Витте...