Близились майские праздники. А я всё ещё не понимала, чего ему от меня нужно. Как-то он позвал меня в кино. Причём, это мало походило на свидание: он тусил со своими друзьями, и мы… взяли их с собой. Точнее, он вместе с ними взял меня с собой. Фильм был немного артхаусный, режиссер — Вуди Аллен всё-таки. Его дружки постоянно комментировали происходящее, ржали и шутили очень чёрные шутки. Мне было странно и неловко.
Во время сеанса он осмелился перекинуть руку через сидение моего кресла и немного меня обнять. На несколько минут. И не могу сказать, что мне это очень понравилось — он мне казался абсолютно чужим и незнакомым, хотя мы общались во ВКонтактике уже почти год. А когда кавалер руку убрал, помню, как думала про себя: «Почему убрал? Обними же!». Такие вот странные и смешанные чувства. Попрощался он со мной в тот вечер, просто бросив что-то типа: «Пока». И я опять не понимала, что происходит.
К слову, пока этот как-то странно ухаживал, я поддерживала отягощающую меня связь с любовником. И бросить, вроде бы, как-то страшно (потому что будет чувство вины), и нахер не нужен по факту. Любовник, конечно, чуял неладное и начал манипулировать: мол, какого черта ты там расхаживаешь по кино с каким-то непонятным мужиком, когда я хочу, чтобы ты была рядом? При этом мы на берегу договаривались, что у нас только постельные сцены и ничего больше. В тот вечер он устроил скандал с выяснением отношений и манипуляшками в духе «раз так — то и ок, на этом всё». Я не так видела себе разрыв этих странных отношений, и поэтому на манипуляцию поддалась. И приехала к нему ночью вся зарёванная. Всегда жалела об этом своём решении.
А загадочный кавалер тем временем, спустя пару дней после киносеанса, как-то внезапно позвал меня на шашлыки домой к родителям его друга-мажора. Дом был недалеко от места, где я жила, и я согласилась. Жарили в бане, сидели на улице у костра. К вечеру стало прохладно, и кавалер нашёл мне плед, укрыл меня и взял мои ноги — снял балетки с них и мял ступни, согревая их под пледом. Я офигела, конечно. Мне было и как-то неловко (опять), и при этом я ощущала заботу и исключительное к себе отношение. Просидели мы так часов до 2 ночи. Но на прощание, когда он вышел из машины, чтобы меня проводить (потому что его пуля-тачка имела всего 3 двери, и выбраться с задних сидений было не так-то просто), он снова бросил своё странное «Пока», будто ничего такого и не было. И уехал развозить гостей этой импровизированной вечеринки по домам. WTF?!
Как-то он возьми и позвони мне в 3 утра (моему удивлению не было предела). Что-то говорил мне про турнир по боксу и что он сейчас катается по городу. Я ждала, что он позовет с собой кататься и даже спросила: «Мне собираться?!», но ничего подобного — меня и не думали приглашать с собой куда-то. А какого черта было звонить тогда?! «Странный тип» — в очередной раз подумала я.
Но вскоре странный тип исправился и позвал меня в зоопарк. Как раз перед поездкой туда у меня состоялся финальный разговор с любовником — не самый легкий. Я плакала и хотела, чтобы эта беседа поскорее закончилась. А любовник был не лыком шит — стал приставать ко мне, намекая на прощальный секс. Я, конечно же, отказала (и параллельно была очень шокирована таким вот предложением от него). И это был последний, простихоспади, раз, когда я видела его в своей жизни. О чем вообще не жалею :)
После такого прощания я ехала вся в растрепанных чувствах. Улавливала на себе аромат любовничьего парфюма, и тот меня бесил. Переживала, а не слишком ли у меня зареванные глаза. И гнала от себя всё только что произошедшее, как страшный сон.
Приехала в зоопарк вовремя и стояла у входа, переписываясь с кавалером и вглядываясь вдаль, высматривая его. Как вдруг тот схватил меня сзади и крепко обнял — я и испугалась, и обрадовалась. По зоопарку мы ходили, опять же, не одни, а с его вездесущим другом Дмитрием. Когда дошли до клетки со львом, я захотела присесть на скамейку, но он потянул меня к себе и усадил на коленки. На мне была майка, и я помню, как он аккуратно прижимался к моим оголенным плечам двухдневной щетиной. Но я в этот момент не чувствовала ничего, кроме неловкости и параллельного интереса — что он будет делать дальше?