Краснодар упорно занимает первое место по числу раковых больных в крае. Все чаще эта страшная болезнь казнит юных. Врачи твердят в один голос: плохая экология.
Светнув с улицы Калинина, Миновав заброшенный пропускной пункт , мимо главного корпуса института прямиком по асфальтовой дороге, что тянется через всю территорию объекта, отмеченного на всех радиационных картах города как особо опасный едут к своим домам жители СНТ ВИКТОРИЯ
А ведь до склада с остатками опасныых радиоактивных источников и поля, где когда-то проводились с ними эксперименты, отсюда рукой подать.
А ведь были времена, когда территорию института охранял милицейский отряд из 60 человек. О поле, поле, кто тебя усеял изотопами
В 1967 году Министерство сельского хозяйства СССР по заданию Совета министров приняло решение устроить в России экспериментальный полигон, чтобы изучить способы и методы ведения сельского хозяйства, если вдруг американцы нанесут по СССР ядерный удар
ВНИИ Биологической Защиты Растений .
И вот нашли большое поле… в 10 километрах от густонаселенного Краснодара,
Почему ‹испачкать‹ решили именно наши ценные черноземы? Да потому что только черноземы хорошо впитывают радиоактивные вещества, не пропускают их дальше, в подземные воды. И лишь в нашем регионе есть весь спектр сельскохозяйственных культур. Ученые измеряли – за все годы испытаний радиация на опытном поле продвинулась всего на 5 см вглубь почвы. Хотелось бы верить такому оптимизму.
Чернобыль на грядке С 1970 года по приказу, спущенному свыше, участок в 2,5 га на его территории НИИ разбили на квадраты. Под открытым небом на каждой ‹грядке‹ с самыми разными растениями – ягодами, пшеницей, арбузами – моделировали разные ЧС: ядерный взрыв, аварию на атомной станции, железнодорожную катастрофу поезда с радиоактивными отходами. Все просчитывалось математическими методами, но вот дозу радиации почва и растения на опытном квадратике получали самую что ни на есть настоящую.
На одних участках она была 250 миллирентген в час (этого хватит, чтобы навредить здоровью человека). Землю ‹удобряли‹ жидкими радиоактивными веществами – цезием-137, стронцием-90, которые даже в мизерных количествах способны облучать гораздо сильнее, чем, скажем, уран. В хранилище института в те годы, по словам сотрудников, они не залеживались: их регулярно вывозили на ростовское предприятие по утилизации радиоактивных отходов Радон.
Могли ли растащить радиоактивную пыль птицы, мелкие животные и насекомые, для которых запретных знаков не существует? Этого никто толком не знает. В 1992 году эксперимент прикрыли и перестали финансировать. Зачем создавать модель аварии, если она в самом деле произошла в Чернобыле? Краснодарские опыты там очень пригодились: именно ученые ВНИИ БЗР учили украинцев, какие сорта и культуры можно сеять в пораженной радиацией зоне, при какой дозе ‹облученные‹ растения уничтожать, а что оставить на переработку. А нам все равно В качестве ‹презента‹ за роль подопытного кролика у нас осталось 44 литра жидких радиоактивных веществ, 40 кг соли урана, приличное количество твердых радиоактивных отходов, тонна ‹фонящего‹ металлолома – использованное оборудование.
Практически все это много лет хранилось в бункере института. Не говоря уже о пяти тысячах кубов земли, тоже загрязненной радиацией.
Как только государство перестало финансировать опыты, с особо опасного объекта сняли всю милицейскую охрану. Институту велели стеречь себя самому. С 1994 года обивали пороги вышестоящих инстанций. Обращались в администрацию края, в Российскую академию сельского хозяйства. Нашу ситуацию знали Ельцин и Черномырдин. Но в конце концов ответ был один: денег на ликвидацию последствий эксперимента нет...
Только несколько лет назад дело начало сдвигаться с мертвой точки: из заявленных 30 миллионов рублей на эти мероприятия именно край выделил 750 тысяч. А город Краснодар так ни копейки и не дал. Из полученных 750 тысяч заплатили Дмитровградскому НИИ атомных реакторов за большой объем работ по утилизации и транспортировке.
А вы знаете, что такое 250 миллирентген в час (именно в такой дозе облучалась почва на полигоне ВНИИ БЗР. – Прим. авт.)? В Чернобыле через месяц после взрыва на границе зоны отчуждения, из которой приказали немедленно отселить людей, было 5 миллирентген в час. Но там загрязнение было поверхностным.
А на нашем опытном поле есть опытные делянки и сад, где вносили частями на глубину жидкие радиоактивные вещества из самой опасной группы – ‹А‹. Сильнее не бывает. Когда опыты прекратились, ампулы с этими веществами списали. И они пролежали в бункере как радиоактивные отходы больше 10 лет. Состояние их было такое, что у одного сотрудника однажды такая ампула взорвалась прямо в руках.
Адрес у Института был был "Краснодар-39".
Есть версия что рядом с институтом построили зону специально, чтобы ставить опыты по облучению людей на зэках.
На в 85 г. в СКНИИФЕ были официально две лаборатории, занимающиеся темой "Ведение сельского хозяйства в условиях применения ядерного оружия", а не разработкой биооружия но правду конечно никогда никто не скажет
Физико-химическая, которая работала над изучением воздействия ионизирующих излучений на растения и лаборатория радиобиологии, занимавшаяся переходом радионуклидов в хозяйственно-ценные части растений.
Наш уникальный чернозем очень неохотно отдает основные радионуклиды в воду. На черноземе при выпадении радиоактивных осадков можно сделать вспашку на 70 см с оборотом пласта. Если загнать изотопы на 70 см, то потом можно спокойно пахать на 25, сеять пшеницу и получать практически чистый урожай.
в хранилище мощность излучения доходит до 3000 микрорентген в час, на объекте есть места, где такое излучение - под полторы тысячи мкр/час. На самом же 2,5-гектарном поле мощность экспозиционной дозы составляет 250-300 мкр/час. Для сравнения: естественные фоновые значения - всего 15-18 микрорентген в час.
Физико-химическая лаборатория занималась в том числе и эизменением ДНК. Удалось даже получить кукурузу со стеблем длиной порядка 5 см и початком около 40. Но революция в зерноводстве не состоялось семена с этого мутанта не взошли.
А 44 литра жидких радиоактивных веществ плюс 40 кг урановой соли – не слабо? Именно такая опасная помойка еще недавно существовала, а может и существует в Краснодаре, на территории научно-исследовательского института биологической защиты растений.