Все же знают, что самый быстро эволюционирующий человек ‒ это сантехник? Каждый раз, когда он приходит в твою квартиру, что-то там вошкается, кряхтит, цокает, потом качает головой и говорит:
‒ И что за умник эти трубы вам делал? Так уже давно никто не делает. Понаделают, потом исправляй...
Очень, очень много талантливых и умных людей вокруг. Взять хоть последний год ‒ сколько вирусологов кругом!
Сейчас они, правда, куда-то подевались и на их место пришли политологи.
Мы недавно в метро ехали с женщиной-политологом, она с мамой говорила по телефону. В целом ситуация ровная, всё идёт, как и должно идти. Всё к этому шло. Нет, гречу закупать не надо.
Это успокоило меня.
Но, оказалось, не все настроены позитивно. Бабулька-политолог, что стояла возле магазина, собрала вокруг себя человек пять благодарных слушателей. Хороший оратор, думаю, надо поучиться. Подхожу, внимаю.
‒ Хребет бы ему переломить вот этой палкой! ‒ трясёт в воздухе своей клюкой. ‒ Вояка, блин!
Это обеспокоило меня. Это нестабильно.
Кто куда, а я за гречей!
Очередь была длинная, речи запальчивы.
Это очень удачно, что мы с политологами в одно время пришли в магазин, думаю я, потому что нужно знать и понимать ситуацию, граждане мои хорошие.
‒ …лет на 10 откатили страну назад!
Хм, думаю, маловато. И народ у нас очень талантлив, среди политологов был и экстрасенс. Он прочёл мои мысли и как гаркнет:
‒ Какое там на 10! 20 не хошь?!
Не хошь, думаю я. Ой как не хошь.
Кассир, а она тоже, естественно, была политологом. Просто сейчас все политологи и кто-то должен по совместительству быть кассиром. И кассир строго сказала:
‒ Денежки готовим! Всегда теперь наличку носите, а то, знаете, отключат нас от SWIFT и будьте здрасьте!
‒ А чо будет-то? ‒ спросил мужичок с двумя пачками «Роллтона».
Не знаю, как сюда попал не политолог. Мы сами были удивлены этому редкому явлению, поэтому, как водится, испугались. Опешили даже.
‒ А то и будет! ‒ доходчиво объяснила кассир. ‒ И товары по акции берём!
‒ Только по акции и берём! ‒ сказал не политолог и ушёл.
Это снова обеспокоило меня и мне захотелось сбежать от политологов. Слишком много информации.
Схожу в лес покормлю белок. Недавно их прикармливаю и меня это успокаивает. Белок-политологов я не знаю.
Захожу в лес, минут через пять вижу мужика. Стоит у дерева, спиной ко мне, телефон свой примостил на ветки. Я уже было думаю на хорошее: фильмы о любви, может, смотрит человек, стресс снимает, а это опять политолог!
‒ …То есть инфляция на договора не повлияет? ‒ спрашивает у другого политолога.
‒ Не-не, всё нормально, ‒ успокаивает его второй.
Меня это совсем не успокоило. Политологи уже в лесу, а лес меня успокаивает. Лес, белки и мои собаки.
‒ Привет, белки! Мы вам еды принесли! ‒ говорю и хлопаю в ладоши.
Сигнал такой.
Какое-то время ещё сижу, думаю. Хорошо, тишина, только сосны шумят.
И мне нравится думать, что я помогаю. Помогаю какой-то беличьей семье пережить непростое время.
Что ещё недавно у них был кризис и они были на грани развода:
‒ Павел, ну почему ты у меня такой?! Ты не можешь содержать семью! Что ты за белк такой?!
‒ Лариса! Нет! Ну нет в лесу еды! Давай переедем, Лариса!
‒ Куда? Вот скажи мне, Павел, куда?! ‒ Лариса переходит на ультразвук. ‒ Везде эти ЖК, скоро и леса не останется, разуй глаза, Павел! Ситуация патовая!
Она уходит, двери нет, она не может хлопнуть ею, поэтому в ярости кидается шишками и орёт в пустоту.
На следующий день Павел с утра пораньше идёт за пропитанием и о, удача! Фундук! Ого! Да ещё как много!
Павел несётся с находкой домой. Семья спасена.
Теперь он каждый день приходит с добычей, делает запасы, их с Ларисой уверенность в завтрашнем дне как никогда велика и они решают завести бельчат. О переезде речь больше не заходит.
Мне нравится думать, что я помогаю кому-то, и что я делаю что-то, что важно хотя бы для одной живой души. Это успокаивает меня и лечит мою душу.
‒ Ешьте, белки. Вот вам ещё фундук, ешьте, пока есть, а то мало ли что там завтра будет.
‒ А чо будет-то?
‒ А то и будет!