Спускаясь по лестнице с четвертого этажа он нащупал в кармане наушники. Музыка помогала ему оставаться в состоянии одиночества. В основном это был Реп. Грустный. Лиричный.
На редкость на улице была очень теплая погода для февраля. Его черная куртка с большим количеством карманов была совсем не для прогулок в такую погоду, но выбора более не было. Идя по улице и напевая песни, его не покидали мысли о том, что не смотря на то, что у него есть человек, о котором он мечтал всю жизнь, он все равно был одинок. Помимо, в мыслях проскакивали мысли о финансовых проблемах, 600 рублей в его заднем кармане не давали ему покоя, отсутсвие работы и то что до дня рождения оставалось всего ничего. Пройдя метров 300 от дома, разглядывая кошек, которых в его новом районе как ему показалось слишком много краем глаза он увидел за собой тень. Тень была не похожа на человеческую, а скорее как тень от развивающейся на балконе простыни, которую он наблюдал в детстве пытаясь уснуть. Обернувшись, он не увидел ничего, кроме далеко позади идущего человека. Дойдя до конца дома, свернул направо и направился в сторону маленького парка, находившегося не далеко от дома. В парке было пусто, и лишь машины такси мелькали в далеке на дороге. Гуляя по парку от увидел качели и неспешно направился к ним.
Попробовав покачаться, он понял что в его состоянии это не лучшая идея, сразу же закружилась голова. Шел четвертый час ночи, он очень устал за день и считал эту прогулку глупой затеей но очень хотелось проветриться. Спустившись с качелей он понял, что надо идти домой спать, так же короткие носки и весенняя куртка не позволяли находиться долго февральской ночью. Выйдя из парка он направился в сторону дома, но переходя дорогу, он почувствовал за спиной чье то присутствие. Им завладел страх. И не тот страх, который испытывают люди обычно, а первобытный страх, глубокий холод пробил все его тело до косточек, каждая мышца во всем теле дрожала. Он не понимал что с ним происходит. Стоя и дрожа он не мог пошевелиться, паника окутала его, сердце билось с огромной скоростью и отдавалось в груди, висках и в кончиках пальцев. Так простоял он около пяти минут, раньше, ему приходилось испытывать панические атаки, но они никогда не были похожи на то, что он испытывал сейчас. В кармане джинс нащупал пол таблетки валидола, дрожащими руками положил ее под язык, и медленно направился в сторону дома. Через пять минут ему стало лучше, но мысли о том что такое может повториться, не давали ему покоя. Он забыл о всех своих проблемах, и даже не понял как прошел мимо своего подъезда. Поднявшись на этаж, раздевшись, но не снимая наушники он даже не сразу заметил, что Кристины на кровати не было и что свет нигде не горел. Зайдя на кухню и закрыв дверь, поставил греться чайник. Наушники начали барахлить и он понял, что отошел от телефона слишком далеко. Открыв дверь, он посмотрел на кровать. Кровать была большая, из массивного дерева с очень удобным матрасом. На кровати лежало скомканное одеяло и хаотично раскиданные четыре подушки, три из которых были без наволочки, и в лунном свете казались белоснежными. Ему это показалось очень странным, так как проходя по коридору, дверь в ванну и туалет были на распашку а свет был выключен и там и там. Включив свет, осмотрев балкон, шкаф, и направился в коридор. Сам не зная зачем, открыл двери шкафа купе в коридоре, убедившись, что кроме вещей там больше ничего нет он с облегчением ее закрыл. Музыка в наушниках заиграла в привычном ему ритме, без перебоев и он понял что из за музыки он не слышит ничего что происходит у него дома. Сняв наушники он не услышал ничего, абсолютно, ни шума дороги из открытого окна, ни шума передвижений по полу. На момент он подумал что оглох, но поднеся наушники к уху понял что слышит нормально. Ощущение что он оказался в вакуумной комнате, в которую звук не поступал совсем.