Росли мы во дворе немного разношёрстной компанией. Были в ней и постарше меня и помладше.
Все были как-то равными что ли, не было различия в отношении к кому-то. Разве что иногда типичные возрастные подначки, вроде "вырастешь - поймёшь" или "любилка ещё не выросла". Но все считались своими.
У одного из старших, который отвоевал в Афганистане и вернулся с медалью, была очень энергичная мамаша. Сын воспринимал ее энергичность и авторитарность флегматично - ну есть и есть. И не парился, и не противился особо.
Парень он был беззлобный, добродушный. И с золотыми руками. Что бы ни попадало в его руки, каким-то образом превращалось в какой-нибудь ништяк. Буквально из хлама и палок.
Как-то решила маманя что пора бы её сыне обзавестись парой.
Пригласила она свою то ли подругу, то ли просто знакомую в гости. Причем с дочерью.
Видимо нашлась в её окружении такая же мамаша с нужным полом ребенка.
В общем познакомили их. Ну а ему и не жалко. Ну хочет маманя дурью помаяться, ну пусть побалуется, чего ее из-за пустяка расстраивать.
Отправили мамаши их, чтоб он типа проводил ее домой, а мы тут "ещё почаёвничаем".
Этот поначалу немного впал в ступор, ибо сама ситуация какая-то напряжная, поскольку не принято так среди молодежи. Всё-таки не деревня довоенная.
И ей же чего-то сказать надо, да и отвязаться потом поделикатнее.
Пока слова подбирал, она сама ему сказала чтобы ничего такого не думал. Просто маму обидеть не хотела.
В общем, у нее оказалась ровно та же ситуация. Обстановка сразу разрядилась, они посмеялись, довел он ее до дома и вернулся во двор, где мы все и узнали об этом событии.
Но те мамаши то ли были не из простых, которые сразу сдаются, то ли сами крепче сдружились, но "успех" решили закрепить.
Опять, по приглашению первой мамы, привела вторая мама свою дочь, которая сидела с кислой миной и глазами в потолок....
Потом опять "проводи". Вышли они, и проходя мимо нас, остановились, затусили с нами. В процессе рассказали всю ситуацию.
Мы все вместе посмеялись над наивностью старшего поколения.
Она кстати вполне себе нормальной девчонкой оказалась, смеялась громче всех.
Но через какое-то время вдруг вижу их вместе в центре. На мой немой вопрос в духе "ШО? ОПЯТЬ??!", друг улыбаясь ответил: "да не, просто гуляем".
С тех пор мы редко стали видеть их раздельно. Она легко влилась в нашу компанию, но чаще они гуляли отдельно.
Долго ли коротко, а на их свадьбе я был фотографом, поскольку весь двор знал, что у меня есть крутейший Зенит-Е. Вспотел потом тонны фоток печатать.
Сколько видел их потом, всегда он её держал за руку, всегда чуть впереди, и как бы тащил её за собой.
Нарожали они троих бутузов, все парни. Двое стали врачами, третий работал на производстве, вроде с древесиной что-то, и сильно травмировал руку. Братья его лечили, руку спасли, но подвижность рука потеряла. Теперь он мебельную фабрику держит.
Но жизнь есть жизнь, случается то, что случается. Жена друга заболела, долго не мучилась, и ушла в лучший мир.
Он практически перестал жить потом. Почти не реагировал на обращения, ни с кем не общался, кроме внучки, которую звали так же как бабушку. Обнимал её и плакал.
Сыновья его очень поддерживали, каждый к себе звал. Вывозили его куда-то на море все вместе.
Прожил без жены он недолго, два с небольшим года. Ушёл в 59 лет.
Похоронили мы его этой осенью.
Так и лежат они рядышком - его единственная любовь, мама, которая эту любовь ему нашла, и он сам.