Наталья закрыла последнюю тетрадку и облегченно вздохнула. Взглянула на часы, поморщилась: «Мама опять будет ругаться, что поздно пришла». А ей и домой-то идти не хотелось. Школа была ее домом и смыслом всей жизни.
В свои 45 Наталья, успешная, уважаемая, депутат, заместитель директора школы, была совершенно одна. Престарелая мать – не в счет.
Наталья все чаще с годами оглядывалась на свою жизнь и размышляла: когда, в какой момент она пропустила свое счастье стать женой, мамой? Казалось, жизнь с рождения баловала ее. Родители – известные в городе люди. Папа много лет возглавлял налоговую инспекцию, а мама работала главным бухгалтером. Учеба давалась легко, поэтому серебряная медаль по окончании школы была закономерна. «Артек», коммунарские сборы, походы – она везде впереди. Все давалось легко и просто. Даже «2» на вступительных экзаменах в институт не смогла подорвать ту уверенность, с которой Наталья шагала по жизни. Год работы в школе пионервожатой позволил приобрести бесценный опыт общения с детьми, зарекомендовать себя неплохим организатором и убедить руководство в том, что лучшего заместителя директора по воспитательной работе не найти.
Пять лет в институте пролетели мгновенно. Красный диплом – награда за труды. По возвращении домой молодой специалист с головой окунулась в работу. Конечно, кроме школы были еще и встречи с друзьями. Но так случилось, что все в компании были семейными. Впрочем, это обстоятельство никого не тяготило, потому что кроме семейных проблем всегда находились темы для разговоров. Праздники, дни рождения, последний звонок в школе – все отмечали вместе. Иногда кто-то спрашивал: «Когда замуж соберешься?» Наталья отшучивалась.
Все знали историю ее первой любви. Миша был на год старше и увлекался спортом, ходил в походы, играл на гитаре, у них было много общего. Но у Натальи слишком властный характер, такой мужской, подкрепленный непререкаемым авторитетом отца. Кому понравится это? Наталья тогда уже училась в институте, встречались редко. В круговороте дел ей даже некогда было задуматься, что Миша реже звонит, неохотно идет на встречу. Наталья самонадеянно считала, что этот человек будет рядом всегда. Но после двух лет дружбы, повзрослев и возмужав, Миша ушел без объяснения причин. Слух, что Миша женился, долетел и до Архангельска. Неизбывное горе дочери заставило родителей действовать. Мать ходила к Мише разбираться, стыдила его, требовала вернуться к Наталье, отец угрожал посодействовать увольнению. Но парень оказался не из робкого десятка. Из города, правда, молодой семье все же пришлось уехать. А Наталья осталась одна, тяжело переживая предательство любимого. В Архангельске свое счастье не встретила, потому что слишком активно занималась общественной жизнью, из-за этого многие ее побаивались. Ей бы остановиться, задуматься, почему такое с ней случилось. Но не остановилась, не задумалась, пропустила первый звоночек.
Триумфальное возвращение домой с красным дипломом отпугнуло многих потенциальных женихов. А те, кто был не против предложить свое сердце в обмен на квартиру, машину, родительские деньги, не устраивали Наталью. Она жила школой, отдавалась ей вся без остатка, а благодаря родителям бытовые вопросы ее вообще мало интересовали. Домой приходила только спать. Это было замечательное время! Наталья наслаждалась работой. Первые годы еще были омрачены воспоминаниями о неудавшейся любви, сердце болело и, чего греха таить, надеялось, что Миша вернется. Она отчаянно флиртовала с молодыми преподавателями, которые каждый год пополняли ряды коллег. Среди старшеклассников обязательно находились те, кого она определяла в разряд «любимчиков». Наталья возносила их до небес в надежде, что кто-то разглядит в ней женщину, а не «училку»… Ведь разница в возрасте была невелика. Но дети не понимали, что она от них хочет. И не принимали ее игривых отношений. С каждым годом разница в возрасте становилась все заметнее. Детскость в поведении выглядела, по меньшей мере, странно. Кого-то такое поведение раздражало, кого-то приводило в ужас и порождало множество слухов. Но Наталью чужое мнение не интересовало. Знала, что есть надежный тыл – родители. И если что, обидчика просто уничтожат.
Следующие лет пять она прожила надеждой, что встретит того, кто полюбит ее такую, какая есть. Но увы… Чуда не произошло. Ее все знали, все восхищались ею, но издалека.
На одном из августовских педсоветов представили молодого учителя. Наталью словно молнией полыхнуло – вот он, тот единственный, кого столько лет ждала. Володя жил и работал в соседнем селе. Но что за расстояние в 25 километров, если у тебя есть машина? Конечно, встречи были редкими, но тем и дороги. Выручали телефонные разговоры до ночи. Наталья частенько срывалась и приезжала к Володе. Она уже строила планы на будущее, а ее рыцарь вдруг охладел к ней. Охладел настолько, что даже стал скрываться от навязчивого внимания Натальи. Впрочем, надо отдать должное молодому человеку, он пытался объясниться с ней. Но Наталья будто оглохла и ослепла. Конец учебного года стал концом их отношений. Весело отметив вручение аттестатов, Наталья с друзьями рванула на машине к любимому. Не почувствовав холодность встречи, весело смеялась, обнимала Володю, вела себя с ним по-хозяйски, игриво намекая, что ждет предложения руки и сердца. А друзья, приехавшие с ней, понимали, что все происходящее отнюдь не весело, а улучив минутку, подруга Натальи поинтересовалась у Володи: «Что происходит?» Тот спокойно ответил: «Я уезжаю работать в Архангельск и там женюсь». В комнате повисла тишина. Молча, не прощаясь, все собрались и пошли к машине. Наталья выглядела так, будто ее только что облили ледяной водой. Ничего не понимая, все еще улыбаясь, она упиралась и отказывалась уходить. Подруга тихонько шепнула: «Пойдем домой». Все так же молча сели в машину и – прочь из этого дома, из этого села. За всю дорогу не произнесли ни слова. Тут как назло повалил снег. Водитель напряженно вглядывался в дорогу, и зло матерился. Остальные сидели тихо, боясь пошевелиться. Наталья не плакала, казалось, она так до конца и не поняла, что произошло. Все сочувствовали ей, но не знали, как помочь. Оставалось верить, что время действительно лечит.
Как один день пронеслась неделя. Наталья удивила всех новостью – кажется, беременна. Пыталась дозвониться до Володи, но он уже уехал в Архангельск и общаться отказался. Молодая женщина не унывала, надеялась, что всемогущий папа не позволит дочке одной поднимать ребенка и вернет беглеца. Но все закончилось само собой – выяснилось, что беременность была мнимой. Друзья удивлялись ее стойкости. Конечно, она плакала, жаловалась на судьбу и никак не могла понять, почему ее такую успешную и богатую никто не хочет замуж.
Однажды все село всколыхнула новость – километрах в сорока через станцию поведут ветку газопровода. Девчонки просто сгорали от нетерпения в ожидании встреч с мужчинами, которые в огромном количестве должны были приехать на станцию. Кто-то разнес слух, что туда, на станцию уже доставили бытовки, а площадку рядом с ними заполнили дорогие иномарки. Целый год командировочные повышали рождаемость в районе. Одна беда – никто из них даже не думал заводить здесь семью. А девчонки, дурехи, конечно, рассчитывали очаровать сильных, мужественных мужчин.
Наталья была уверена, что ей-то уж точно повезет. Уж если замуж выйти не суждено, то хотя бы ребеночка родить. Вечерами, собравшись с подружками за чашечкой чая, мечтала о малыше, строила планы. Подруги делились своим материнским опытом. Конечно, ее мучили сомнения, конечно, за показной бравадой скрывала страх перед мыслью: «А что люди скажут». Но стремление как все стать матерью, перевешивала все. Наталья даже съездила на дискотеку в клуб. Чувствовала себя там, конечно, неудобно, потому что большая часть посетителей – малолетки, ее же ученицы, но получила свою долю внимания от мужчин. Наталья просто светилась от переполнявшего ее ожидания материнства. Тем больнее ударила брошенная отцом фраза: «Выбледка не потерплю» Молодая женщина сразу сникла. Властный характер отца не только помогал по жизни, но и мог перечеркнуть все планы на счастье. Больше на станцию Наталья не ездила, может, и мечтала о ребенке, но про себя. Вслух эту тему подруги больше не обсуждали. Через два года отца не стало. Но в жизни Натальи ничего не изменилось. Смерть отца окончательно подкосила и так не совсем здоровую мать. Заботы о ней и работа отнимали все время. И хотя теперь Наталья была избавлена от тотального контроля грозного родителя, к мысли «завести ребенка» она больше не возвращалась. Кто-то подкинул ей идею взять малыша из детского дома. Но Наталья отказалась от этой затеи сразу. Да, она любила детей, но не настолько, чтобы растить чужого. Осознав, что вместе с молодостью навсегда придется похоронить мечту о семье и детях, Наталья как бы раздвоилась. Одна была успешна, востребована, уважаема. Другая, приходя домой, окуналась в вечное брюзжание матери по поводу своей болезни, выслушивала стенания о том, как Наталья будет одна без нее. И приходила в бешенство от просьбы: сходить к очередной соседке, потому что к той в гости приехал сын (а он такой хороший, работящий, как раз для тебя, с высшим образованием) или зять - вдовец.
Чтобы не обидеть мать, знакомилась с очередным протеже и с ужасом пыталась понять, как сможет терпеть в доме чужого мужчину. Представляла, что нужно будет для него готовить, стирать белье, а самое главное, боялась, что он будет требовать от нее внимания, а времени у нее на это просто нет, потому что работа в жизни Натальи стоит на первом месте. И с годами все чаще мягко отказывала матери, устраивавшей очередные смотрины.
Неудовлетворенное чувство материнства, одиночество, усталость от необходимости ухаживать за больной матерью привели ее в церковь. Стоя перед ликами святых, неумело крестилась и спрашивала: «Почему я? Почему обречена на одиночество? За что?» Ответов не было. Как-то раз из размышлений о своей неудавшейся жизни ее вырвал шепот за спиной. До Натальи долетали лишь обрывки разговора, но обсуждали ее. Оборачиваться было неудобно, а по шепоту молодая женщина не узнала говоривших. Одна другой хвалила ее как учителя, депутата, а потом бросила: «Ни семьи, ни детей, одним словом – пустоцвет». Хлесткое слово, будто пощечина. Женщины ушли, а Наталья стояла и стояла, до боли сжимая руки. Слезы катились из глаз, ей было так плохо, так больно, что хотелось умереть прямо тут. Пустоцвет! Она пустоцвет! Точнее не скажешь. Жила, росла, цвела! А что дальше? Ничего! Никого после себя не оставила. Чего-то топорщилась всю жизнь, делала карьеру, добивалась успеха. Но ведь это все забудется, память коротка. Не любила! Не страдала! «Любила!»- кричала душа. Любила учеников, школу. А вот счастья быть матерью не познала и уже не познает. Сердце кровоточило. Опустошенная, усталая, Наталья пришла домой. Мать по привычке принялась выговаривать за то, что оставила ее одну надолго. Не слушая причитаний, прошла в комнату и, сжавшись в комочек, застыла в кресле. Боль не отпускала, мысли раздирали голову. Тревожный, беспокойный сон положил конец горестным размышлениям. Проснувшись, долго сидела в полной темноте. Первые рассветные лучи солнца робко заглянули в комнату. Новый день принес смирение, спокойствие и умиротворенность. Нет, она не пустоцвет, потому что любит свою работу, потому что так, как она никто не умеет любить своих учеников, ведь каждому она подарила частичку своего сердца. А значит, живет она не зря. И Наталья распахнула свои объятия новому дню, чтобы начать все с чистого листа.
