Середина 80-х годов. Добычной участок. До конца смены остаётся не более получаса. Комбайн доехал до верха лавы, решили больше не зарубаться на следующую стружку (рубили в обе стороны «челноком» – и вверх, и вниз). Свой план на смену выполнили, поломок нет. Все шахтёры спустились на нижнее сопряжение лавы и тут дожидаемся новую смену. Ну а чтобы время поскорее скоротать, достали картишки. Шесть человек играют – трое против троих, остальные в роли зрителей, болельщиков и советчиков.
Наш горный мастер был в отпуске, временно нам дали «технаря» из другого звена. Картёжник из него был так себе, но играть садился в числе первых. Зато «погоны» было кому вешать!
Новая игра, а у мастера уже полная рука картей *, словно веер японской аристократки. Ход на него, ему бить карту. Смотрит на свой «веер» и вслух рассуждает:
– С шахматами всё понятно – на доске все фигуры перед глазами. И то ума не хватает сообразить, какую «засаду» партнёр задумал. А в картах – всё сложнее, не знаешь какие масти на руках. Кинешь карту – то ли угадаешь, то ли прогадаешь. Тут не шах, тут только мaт...
Звеньевой, сделавший ход под мастера, обрывает его рассуждения:
– Ты не философствуй. Карту бей и ходи!
Мастер разглядывает свои карты:
– Чем бить? Мне нечем.
Звеньевой недоумевает:
– Да как же нечем? Половину колоды собрал и говоришь «Нечем». Смотри лучше.
Мастер перебирает свои карты по одной, никак не может найти нужную. В растерянности восклицает:
– Ничего не половина колоды! Была бы половина колоды, тогда вопросов бы не было.
Звеньевой ему обещает:
– Погоди, в своих картах не разберёшься, ты вообще всю колоду в одни руки соберёшь.
Мастер не расстраивается:
– Сдавать всё равно мне.
Звеньевой смеётся:
– Я тебе свои новые верхонки отдам, чтобы ты на пальцах мозоли не натёр!
Мастер вдруг повеселел:
– О, нашёл! Вот, бью!
Звеньевой ему:
– А говорил «бить нечем». Зажулил! Отбой, ходи.
Мастер перевернул карты на импровизированном столе из куска картонки и снова изучает свой «веер», от какой бы карты более выгодно избавиться. Звеньевой подсказывает:
– Чего думаешь? Восьмёрку крестей выкидывай!
Мастер покосился на звеньевого:
– Ты лучше меня мои карты знаешь. Не-е, мне с тобой играть не интересно.
Звеньевой смеётся:
– Зато мне тебе «погоны» лепить интересно!
Мастер разыскивает у себя восьмёрку крестей, делает ею ход и довольный-предовольный смотрит на оппонента.
Вдали конвейерного штрека показался свет новой смены. Мастер кидает на картонку все свои карты:
– Всё, закругляемся.
Звеньевой на него:
– Ну что же ты? Не дал повесить тебе новые «погоны».
Мастер замотал головой:
– Нет, хватит. Вон, видишь – смена уже идёт.
Звеньевой говорит:
– Пока смена придёт, тебя в звании успели бы повысить.
Мастер опасается:
– Из новой смены заметят, что мы в карты играем, докладную напишут. От начальника нам всем «по шапке» влетит.
Звеньевой с досадой в голосе укоряет мастера:
– Никто докладную не будет писать! Скажи, что новые «погоны» не охота получать.
Мастер расплылся в улыбке:
– Ну, может, и так...
Подошла смена. Их горный мастер впереди, подходит, спрашивает:
– А чего просто так сидите? В картишки бы сыграли.
Наш мастер замялся с ответом, звеньевой опередил его:
– Сыграли уже, в «чин» произвели. А повысить «звание» не захотел – карты скинул.
Мастер замахал руками:
– Да ладно тебе. Будет ещё время для повышения.
Мастер новой смены быстро переключился на рабочий лад:
– Что там в лаве? Как комбайн?
Про карты тут же забыли, как будто и не играли вовсе. Передали положение новой смене, мы попрыгали на транспортёрную ленту и поехали на-гора.
P.S.
* Вместо фразы «полная рука КАРТ» мы говорили «полная рука КАРТЕЙ».