Патрик Бальтзелл разработал звук для последних 19 Суперкубков — вот как он это делает
Этот материал - первая часть перевода статьи The Verge, написанной Dani Deahl. Перевод выполнен командой RMS Group. Подписывайтесь на наш Telegram-канал, чтобы не пропустить свежие материалы об ивентах и технической стороне создания мероприятий!
Патрик Балтцелл был звукорежиссером большинства самых популярных событий в Америке за последние несколько десятилетий. Он сидит один в конференц-зале NAMM, торговой выставке музыкальной индустрии. Хотя я сразу узнаю его характерную худощавую фигуру и кудри седых волос, никто не смотрит, как Бальтцелл встает, чтобы поприветствовать меня с безудержным энтузиазмом. Вероятно, все в этой комнате понятия не имеют, кто он такой. Но Балцелл не только отвечал за звук для последних 19 Суперкубков (за исключением этого года), он также в настоящее время разрабатывает и микширует звук для Грэмми, Оскаров и президентских инаугураций.
Сто восемьдесят стран будут смотреть в это воскресенье Super Bowl 52 между Eagles и Patriots. И в то время как все будут болеть за игроков, исполнителя в перерыве и человека, который поет национальный гимн, мы часто забываем, что есть кто-то невидимый, кто провел месяцы, чтобы убедиться, что вы сможете услышать каждое слово и ноту. Бальтзелл беседует с The Verge, чтобы рассказать изнутри о том, как удостовериться, что все будет слышно без сучка и задоринки во время одной из самых ожидаемых трансляций в стране.
The Verge: Как начинается процесс планирования шоу в перерыве между таймами Суперкубка?
Baltzell: У этого процесса есть две стороны. Во-первых, это сама площадка, гайки и болты. Это начинается в июне для Суперкубка, который пройдет в феврале. Мы проводим наш первый осмотр поляны в июне, [чтобы] взглянуть на общую картину пространства. Где мы собираемся ставить грузовики с прямым вещанием? Где мы собираемся расположить аудиокомплекс, где мы построим все динамики? И у нас должны быть трейлеры, которые станут офисами. Мы выясняем внутри стадиона, где мы собираемся в конечном итоге разместить стойки для усилителей, где мы сможем хранить тележки для динамиков. Мы должны поставить все шоу на поле за шесть минут.
Подожди. Шесть минут?
Шесть. Минут. От конца первого тайма футбольного матча до начала перерыва проходит от шести до семи минут. Именно столько времени у вас есть, чтобы организовать все шоу на поле.
Затем мы совершим еще два похода туда и спросим: «Как мы достанем провода?» Мы просверлим большие отверстия в бетонных полах и проложим кабельные лотки там, где они нам понадобятся для Суперкубка, который не похож на обычную игру. [В] обычной игре есть два грузовика с телевизором для двух приглашенных вещателей. У нас 180 стран и 25 языков. Таким образом, мы должны разместить 25 дикторов, вещающих на японском, русском, немецком и так далее.
Итак, мы используем любую часть системы громкой связи, которая уже есть, и мы должны работать с их инженерами, которые работают внутри компании, чтобы создать для меня способ управлять всеми их динамиками одним нажатием кнопки для предварительной настройки той части игры, которая представляет собой национальный гимн и шоу в перерыве между таймами, а затем, конечно же, они возвращаются к их контролю за самой игрой, судьями, объявлениями и всем этим.
Я слышал, что исполнители поют под плюс во время перерыва. Это правда?
Нет. Большая часть основного вокала звучит вживую. Бэк-вокал всегда предварительно записан. Большая часть группы записана заранее. The Rolling Stones были исключением в Детройте. Они отказались делать какие-либо минусовки, так что все было вживую. Так что нам все равно пришлось выдвинуть их сцену за шесть минут, а затем подключить все это к настоящим барабанным микрофонам, гитарным микрофонам, клавишным входам и всему этому. А у Мадонны, например, был просто живой вокал, а все остальное было записано. Кэти Перри, то же самое, но даже кое-что из ее вокала, действительно трудные партии во время её полёта, она очень нервничала, поэтому предварительно записала, и мы переключились на запись в момент выступления.
А, значит, вы оцениваете на лету, когда кому-то нужна небольшая поддержка.
Да. Большинство соло, как, например, всё у Принса, он играл на гитаре вживую. У Спрингстина саксофон был живым, гитара была живой. Некоторые люди просто не умеют петь под фанеру, а некоторые — наоборот. Мадонна попала в точку, возможно, потому, что она делала это так долго. Но некоторые, как Брюс Спрингстин, меняют манеру исполнения каждый раз, когда поют. Так что было бы неловко, если бы у вас был его крупный план, и он не совпадал.
Но все ли они предварительно записывают вокал на всякий случай?
Да. Мы называем это защитной дорожкой. Мы всегда записываем защитный трек для вокалиста в перерыве и для национального гимна. Большим печально известным случаем, который я демонстрирую всем, был мой самый первый Суперкубок в 1998 году. Национальный гимн был подготовлен певицей Джуэл. Тогда она была новенькой. Она так нервничала, потому что была ребенком и только что была номинирована на Грэмми. Суперкубок был в Сан-Диего, она из Сан-Диего, так что мы подумали, что мы возьмем кого-нибудь местного.
Утром перед Суперкубком она сказала: «Я не хочу петь вживую». Но по сценарию начинается акапелла, а музыка появляется позже. И мы сказали: «Ну, тогда, если ты не собираешься петь вживую, ты будешь носить ушные мониторы, потому что сначала начинается акапелла». И она сказала: «Нет. Я не могу этого сделать. Я к этому не привыкла. Просто дайте мне звук в напольные мониторы и дайте мне отсчет в них,ну знаете, вроде: "Раз, два, oh say can you see".
Мы сказали: «Когда они скажут «Дамы и господа, Jewel», толпа будет кричать. С ушными мониторами ты нас услышишь... но с динамиками,как бы мы их не установили на пустом стадионе, ты можешь не услышать нас из-за криков толпы.» Так что смотрите сюда, она пропускает первое слово, потому что не слышит.
Кто-нибудь заметил?
О боже, да. Мы словили тонну хейта. Другой единственный раз за мои 20 лет карьеры что-то случилось с национальным гимном, когда Кристина Агилера забыла слова. Она дважды спела первый куплет, вот и все, о чем [пресса] говорила.
Итак, чтобы закончить разговор о графике, креатив начинается в сентябре. В сентябре они нанимают специалистов и артистов для шоу в перерыве... потому что нам нужно много месяцев, чтобы построить эти гигантские декорации и видение того, каким будет шоу. Творческая группа собирается вместе с артистами, продюсерами и НФЛ, и все они садятся. В основном продюсеры, НФЛ просто соглашаются или нет. Так они начинают развивать шоу. Это всего 14 минут, так что вам нужно собрать ваши лучшие, самые известные песни. Никаких баллад. Вы должны собрать их все вместе в энергичные 14 минут.
Затем, когда вы выбрали песни, вам нужно подумать о декорациях и актерах. Дети будут повсюду, вы хотите марширующий оркестр? Что именно мы хотим включить, чтобы сделать это больше, чем в прошлом году? Так что этот процесс происходит в течение сентября, октября и ноября. К декабрю эта задача должна быть закрыта, потому что они должны построить эти большие сложные сцены, которые делаются только для Суперкубка. Потом их просто выбрасывают. Каждая из них индивидуальна. Удивительно, сколько денег они могут потратить. Художникам не платят, но покрываются производственные затраты, которые могут превышать 10 миллионов долларов.
Над какими наиболее сложными шоу в перерыве между таймами вы работали?
Самым трудным был Prince. То, как я работаю на Суперкубках, — это тележки с динамиками. Их от 16 до 18, и они очень аккуратно расставлены в этом большом кольце по бокам, на трибунах. Мы тратим дни на их настройку и оптимизацию того, какая концентрация звука попадает наверх.
Я использую их для каждого Суперкубка и не меняю тип в зависимости от исполнителя. Это не так критично. Но я внесу изменения в зависимости от стадиона. Некоторые из них могут быть выше, а некоторые более плоскими. На некоторых я могу поставить свои динамики дальше, а некоторые будут стоять прямо в стороне, что усложняет задачу. Но с Prince было сложнее всего, потому что он помешан на звуке. Его команда не хотела заниматься тележками с динамиками. Они сказали: «Мы этого не делаем. Это не работает для Prince. Мы строили стадионы десятилетиями. Мы знаем, как это сделать. Вам нужны эти большие гигантские массивы динамиков».
Конечно, это самый эффективный способ сделать это с большой башней звука, [но] мы должны быть готовы на старте, и через шесть минут мы должны доставить все это оборудование на поле в положении, подключенном к сети, в темноте, проверенным и работающим. Так что я знаю, что вы делаете, когда у вас есть два дня, чтобы подготовить шоу для стадиона. Это футбольная игра. Суперкубок — это большое дело, даже для U2, Брюса Спрингстина и Принса. И они нервничают, [потому что] это транслируется в 180 странах. Несмотря на то, что это всего 14 минут, история людей, которые сделали это, установила очень высокую планку. Вы хотите, чтобы ваше шоу было лучшим, поэтому в будущем, когда они будут говорить о 10 лучших шоу Суперкубка, это будет включать вас.
Так что мне пришлось отговорить их от их затеи с массивными спикерами. Типа, я знаю, что ты хочешь делать и что ты обычно делаешь. Имейте в виду, что это в первую очередь футбольный чемпионат. Кроме того, я даже не знаю, смогу ли я спроектировать что-то, что сможет пройти через туннель стадиона, который, кстати, имеет максимальную ширину 10 футов.
Весь звук должен проходить через туннель, через который проходят игроки?
Это единственный способ получить его на поле. Все идет через туннели. У кого-то два, у кого-то три, у кого-то четыре.
Это не так много места.
Правильно. Для чего-то такого большого, как хотел Prince, одни только стойки были бы намного больше, поэтому все это должно было бы рухнуть вниз, пройти через туннель, установиться на место и затем только смонтировать эту башню со звуком.
Звучали бы такие башни на самом деле лучше, если бы теоретически это можно было сделать?
Это звучало бы так же хорошо. Может быть, немного лучше. Конечно, вы могли бы использовать меньше динамиков, потому что их объединение повышает эффективность. Когда вы разбиваете их на маленькие кучки по четыре-пять штук на тележках, вы многим жертвуете. Так что я согласен с этой частью, но это телешоу. Как вы собираетесь снимать это на камеры, когда у вас есть шесть больших башен с группами динамиков?
А люди на Суперкубке смотрят на шоу со всех сторон.
Правильно! Все, кто сидел низко, смотрели бы сквозь башню на его выступление. Мои маленькие колонки около шести футов в высоту; 99,99% людей с моим дизайном увидят шоу целиком. Никто не мог заверить меня, что мы можем делать башни и заставлять их работать, и у меня было мало времени.
Так что я вернулся к ребятам из Prince, и мне пришлось провести целое исследование акустического моделирования, где вы берете каждую полосу частот и определяете, какой должен быть уровень звукового давления. Я должен был доказать команде Принса, что это сработает, что я могу обеспечить такой же уровень звукового давления, что и большие башни. Кроме того, башни разрушат поле. Они будут весить 5000 фунтов и оставлять следы на поле. Но он надеялся, что это не повлияет. Что эти маленькие нюансы были чушью.
Просто подробности, которые им никогда не приходилось учитывать.
Ага. Когда вы пытаетесь протиснуться на футбольный матч чемпионата, запустить свое шоу и закончить его, это совсем другое дело.
Это первая часть перевода. Подписывайтесь на "Экран точно не упадет?" в Дзене и следите за нами в Telegram, чтобы не пропустить выход второй части перевода 😉