- Так, ребята! Пожалуйста, встаньте по парам, чтобы образовалась колонна! Сейчас мы пойдем в столовую, прошу соблюдать дисциплину!
Голос Артёма Игоревича звучал громко и по-командирски. Казалось, что у него, как и Елизаветы Николаевны, был встроен усилитель голоса. Но, хотя бы, его не хотелось поскорее выключить.
И вот, отряд небольшой гусеницей движется в сторону столовой. И действительно, есть очень хотелось. Целое утро в дороге и несколько часов здесь заставят проголодаться «с головой». Спустя пару минут мы оказались перед вытянутым зданием с большими…Нет, огромными окнами! При том настолько, что они занимали почти всё пространство стены. Помимо этого в глаза бросался огромный брезентовый плакат с надписью «Приятного аппетита!», висевший чуть выше входа. Ну, приятного или нет, это мы сейчас и узнаем. Кроме нас около столовой находилось еще три отряда: «4-й», «1-й» и «7-й». Все ребята очень живо что-то обсуждали, толкались. Хотя везде можно было заметить тех немногих, кто молчал или стоял на метр другой в стороне. Я их очень понимал, ведь сам был таким *и даже остаюсь, в какой-то мере*. С одной стороны, это очень грустно – не иметь друзей или кого-то, с кем можно делиться своими мыслями. Но с другой – есть ли те, кого на самом деле можно назвать другом, кому можно доверить себя и не бояться предательства? Иногда я задавался таким вопросом, но понял, что просто забиваю тебе голову. Ведь жизнь – штука неопределенная, поэтому пытаться её предугадать – занятие глупое. Лучше и легче просто жить и наслаждаться каждым моментом. Так, ладно. Пора перестать строить из себя философа. От всех этих мыслей в желудке еда не появится.
Пройдя через небольшой коридор с раковинами и большим количеством вешалок, куда дети вещали кепки и ветровки, и вымыв руки, мы прошли в большой зал. Здесь было около тридцати столов, пара колонн, держащих потолок, небольшие картины и советские плакаты со всех сторон по типу «Перед едой мой руки, пионер!» или «Хлеб всему голова!». Пол был полностью выложен мозаикой из гранитовых плиток. Правда, что было изображено, я так и не понял. Общий вид полностью соответствовал той эпохи, которую парадирует этот лагерь. Лишь через окошко сдачи посуды были видны современные духовки и какая-то электроника, предназначенная для того, чтобы обеспечить всё это иго голодных ртов свежей и горячей едой. Елизавета Николаевна провела нас за столы, пожелала приятного аппетита, и вместе с Артёмом Игоревичем ушли за вожатский стол в угол столовой. На первое был рассольник, и довольно вкусный! Я, честно не ожидал такого. В сознание сразу вернулись воспоминания о детском саде, где кормили нас, мягко говоря, не очень. И именно там рассольник был больше похож на перловку с водой, чем на суп. Поэтому попробовав его здесь, я бы с легкостью назвал его ресторанным блюдом и, как каждый критик, позвал к себе повара, чтобы поблагодарить за столь изысканное блюдо. Рассольник вместе с парой кусочков белого хлеба «ушли» внутрь меня за пару минут. На других ребят я не обращал никакого внимания; есть очень хотелось. Вторым блюдом шли куриная котлета с пюре. По вкусу они ничуть не уступали рассольнику! Если тут будут кормить так всё время, то я готов поверить, что в СССР было действительно хорошо, как рассказывала бабушка. Запив всё это сладким прохладным компотом, я отнёс посуду на мойку и вернулся за стол в ожидании остальных. По дороге к окошку удалось лицезреть, как какой-то мальчишка из младшего отряда выронил стакан с компотом, и теперь на этом месте кружилась уборщица, собирая осколки и осторожно вытирая пятно от напитка. Не завидую этой женщине. И надеюсь, такое тут не часто.
- Пацаны, что будем делать на сон-часе? – вдруг спросил Вова, сидящий слева от меня, допивая компот.
- Может в «города» поиграем? – ответил ему вопросом Денис. – Или, если сложно, в «слова»?
- Да ты что, у нас интересных игр нет что ли?! – возразил ему «рыжий» и, неожиданно для всех, подавился.
Я сразу начал стучать ему по спине, но тот одёрнул руку.
- Всё в порядке, просто компот вкусный. – сказал он отдышавшись и засмеялся. – Ладно, поиграем в то, что есть. Телефонов, всё равно, нема.
Так мы просидели еще минут пять и после команды вожатых, всем отрядом, вышли из столовой по направлению к нашему корпусу. Идти с полным желудком было затруднительно, но этого никого кроме меня не волновало. Девчонки и вовсе, так шустро шли, будто не ели. Благо, идти надо всего метров двести. На пару часов нас предоставили самим себе. Жаль, из комнаты выйти нельзя; очень хотелось прогуляться без лишнего шума. Я решил отстраниться от затеи парней поиграть и поскорее лёг на новое спальное место. Прошла только половина дня и еще целые три недели. Интересно, что же тут может произойти..?
Продолжение следует.