Когда-то маленьким комочком
Его забросила судьба,
В лес, где волков, семья большая,
От смерти малыша спасла.
Одна волчица молодая
Вскормила молоком своим,
Того, кто был рожден не волком,
Но человеком брошен был.
Малыш, рос в стае со щенками,
И с ними наравне скулил,
Когда хотелось очень кушать
И холод по ночам томил.
Когда же стая возвращалась
С охоты доброй в лес родной,
Он вместе братьями-щенками
Встречал мать под веселый вой.
Волчица, зимними ночами,
Его от стужи берегла
И для него кусок побольше
С охоты в нору волокла.
Малыш рос со щенками вместе,
Как дети матери одной.
Друг другу волк, а волк для волка
И в волчьей стае, брат родной.
Подрос малыш и на охоту
Стал вместе с стаей уходить.
Теперь уж стал он юным волком,
И сам добычу стал ловить.
И вот однажды, загоняя
Оленей в поле, в зимний день,
Волчонок громкий гул услышал,
И с гулом он увидел тень.
Тень неизвестной, страшной птицы
Мелькнула рядом, как стрела.
А птица с гулом в синем небе
Метала сполохи огня.
И вдруг, как ливень на волчонка,
Упала сеть из под небес.
Его, запутав, как кутенка,
Прижал к земле тяжелый вес.
Мать вместе с братьями метнулась
Спасать волчонка своего.
Клыками, стая в сеть вонзилась,
Забыв опасность и чутье.
Но с неба молнии рванулись,
И визг пронзил простор полей.
И в стае волчьей не осталось
Ни матерей, ни сыновей. . .
. . . Прошли года, и вот волчонок
Стал старым и совсем седым.
Живет не там, где он когда-то
Был молод и на месяц выл.
И как-то раз его спросили:
- Скажи, а помнишь ли, когда
Тебя поймали в волчьей стае?
- Да, - он ответил,- Помню я.
Я помню, братья подбежали. . .
- Не братья, волки.
- Может быть.
Я помню, сеть, они пытались
Клыками острыми пронзить.
Я помню, Мама подбежала. . .
- Не мама, уж пора забыть.
- Нет! - он ответил: - это Мама!
Лишь Мама может так любить!
© Copyright: Борис Гурьянов, 2014
Свидетельство о публикации №114020513157