Читать с самого начала историю.
***
- Мы не ожидали от него такого. Что будем делать?
В зале сидело с десяток человек. И все они сидели в гробовом молчании минут пять после того, как увидели по камере со шлема, что сделал Пирс. Они смотрели запись, которая успела загрузиться на сервера до масштабного и внезапного отключения электричества у них в блоке.
- А что тут сделаешь? Просто бери и пользуйся результатом.
После молчания двое людей начало переговариваться, пока другие отмалчивались.
- Мы не ради этого работали.
- А ради чего? На самом деле именно ради такого результата. Террорист мёртв, информация получена, с её помощью мы сможем остановить этот произвол и привести мир к лучшему будущему.
Говоривший это старался быть сдержанным, но в нём так и читалось некоторое воодушевление. Это был крепкий, короткостриженный рыжеволосый мужчина с такой же короткой и аккуратной щетиной, которую он явно намерено подбривал в ровную линию по её краям.
Ему отвечал тот же, кто первым нарушил тишину, шатен с густой шевелюрой, его скандинавские острые черты лица очень сильно выделялись на фоне этих мягких, пышных волос.
- Ты уже потерял всякую человечность, пока работал над уроборосом.
Рыжий на секунду опешил.
- Пардон? Человечность? Ты сейчас о сочувствии к террористам? Из-за них погибло много людей.
- Давайте не будем забывать о том, что людей погибло гораздо меньше, чем сотня человек. – Шатен явно обращался уже ко всем сидящим. - Они убирали наши объекты. Мы, кстати, так и не выяснили, кто сливал им данные, где мы держим сервера уробороса. И я не заступаюсь за террористов. А смотрю в будущее, как и ты сам, только вижу там своеволие тех, кто делит мир на чёрное и белое.
- Смотри, как ты заговорил, может и не нужно больше искать того, кто сливал информацию «Фобосу»?
Повисла напряженная пауза. Шатен нахмурился и не отрывая злого взгляда от рыжего холодно отчеканил каждое слово.
- На что ты намекаешь?
Это открытое презрение рыжему была, что слону дробина. Он ответил в ту же секунду, как его собеседник перестал говорить.
- Ты и так это понял.
Повисла новая тишина, но такая, слыша которую понимаешь, что закончится она громкой бурей. В их разговор поспешил влезть толстоватый мужчина, пятидесяти лет с виду.
- Господа, прекратите. Мы все понимаем, что на кону очень большие и важные вещи. Серьезные перемены выбивают из баланса любую устойчивую систему. А мы вообще ответственны за новый баланс мира. Так не будем же подрывать его изнутри, облегчая работу фобосу.
- Сейчас мы обнимемся со слезами а глазах и поклянемся на мизинчиках никогда не предавать друг друга. А потом, если вдруг не срастется, можно будет просто сказать «ой».
Рыжего, как говорится, понесло. Это поняли все присутствующие. Также они поняли, что сейчас ему явно не понравится ответ.
И не ошиблись, так как пухловатый мужчина посмотрел на зарвавшегося коллегу очень внимательным, пронзительным взглядом, от которого даже тем, кто был не при делах стало плохо, и промолвил тихим голосом, заставив всех вслушиваться в ужасе.
- Я серьезно сейчас говорил. Никто тут больше не будет ругаться, а иначе полетит на изоляцию, обдумывать воё поведение.
Этого хватило, чтобы ответа далее не последовало. И он продолжил уже чуть громче.
- Ричард прав, у нас на руках замечательные карты. Пусть мы и не предполагали, что так будет, но зато какая польза! С остальным будем разбираться по мере необходимости. Потому что это уже произошло. И делать надо то, что нужно здесь и сейчас. Если никто из вас не предусмотрел этого, то этому суждено было случитсья и выходит так, что каждый из вас невольно поучавствовал в этой линии событий и так нужно для этого мира.
Будто бы не справившись с фразой, которая давно хотела из него вырваться, один из присутствующих прошептал себе под нос.
- Опять этот его фатализм…
Но от толстенького мужчин, казалось, ничто не могло укрыться.
- Я слышу твой шёпот, Дэвид. И если ты не можешь опровергнуть сказанного или предложить своё видение ситуации, то я удивлен твоей активностью…
Через мгновение, которое он затратил только для того, чтобы убедиться, что больше никто не желает вставить свои пять копеек, он заговорил снова.
- Всем нам надо работать над тем, что уже есть. Быстро пошли анализировать новые данные. Вас тут 12 человек! Чтобы каждую делать мне объяснили. И тогда, своей работой вы и будете вершить то будущее, в которое верите. Остальное, подлежит забвению.
Он перевёл взгляд на монитор. Там камера показывала зацикленные события от первого лица Пирса, где он держал террориста, пока у него на голове был обруч Тома и не давал ему выкрутиться, стащить обруч и ждал, пока тот не перестанет дёргаться.
Рядом стоял другой монитор, который показывал объемную модель мозга из линий и точек, каждая из которых мигала и была наполнена информацией. Чуть поодаль на мониторе было видно, как Пирс сидел на полу с пустым взглядом. В комнате никого не было. Запись велась в настоящее время. А рядом был ещё один монитор, там в больничной палате лежал Том. Вокруг него ходили люди и активно жестикулировали.
Когда все поднялись со своего места и почти ушли, толстый мужчина и, по всей видимости, главный среди всех, остановил одного:
- Мерфи, останься, пожалуйста.
Темноволосый молодой человек, в очках в квадратной черной толстой оправе развернулся и спокойно направился к ближайшему от главного стулу.
- Как думаешь, Пирс будет что-то помнить? Или.. ты можешь сказать, был ли у него контакт с… ты понял с кем?
Мёрфи выдохнул с таким чувством, словно его спрашивали об этом уже сотый раз за день.
- Честно, сказать довольно трудно. Чтобы что-то понять, нужно либо пообщаться с ним, либо считать его показатели. Ни то, ни другое сейчас невозможно. Да и нам бы спасти Тома, а то пойдут слухи.. неприятные. Гибнут солдат под незаконными опытами.
Главный смотрел на него как на школьника, пытающегося замылить глаза руководителю.
- Как видишь, врачи делают всё, что могут. Но я спрашивал тебя не об очевидном.
Мерфи понял, что разговор надо вести коротко и по делу.
- Я уже сказал, невозможно сказать, пока Пирс в ступоре мы не можем узнать от него что-то, а в таком состоянии надевать на него снова обруч нежелательно. Он его так снял, что уже нарушил всю технику безопасности.
Он немного разнервничался, пока говорил и остановился, у него в горле запершило.
Откашлявшись, он продолжил.
Записи предыдущих исследований показывают, что самые высокие состояния, вызванные устройством, Пирс не помнит. Ну, в лучшем случае, смазано. Беру на себя смелость утверждать, что сейчас он либо ничего не помнит, либо отрывочно и смутно. Мы можем лишь подождать пока к нему не вернется осознанность и осмысленность восприятия. А потом уже по его вопросам понять, что у него в голове. Но…
Он замялся, пытаясь понять, говорить ли ему или нет то, что так обеспокоило за последние несколько часов, но нетерпение главного помогло ему в принятии решения.
- В общем, я такого не видел ещё, честно. До отключения наших приборов показания просто зашкалили. Мы сидели с коллегами и пытались осознать, почему у Пирса скаканули так показания мозговой активности. Таких высоких состояний просто быть не может. У него весь мозг горел, температура поднялась на 4 градуса. Он мог просто умереть. И при этом отсутствовали остальные признаки, которые бы указывали, что организм на грани смерти. Дыхание было в норме. Он дрался с человеком и сохранил ровный ритм дыхания. Пульс в пределах нормы относительно обстановки, то есть, 130 ударов в минуту это вполне норма, когда дерешься около 10 минут с человеком.
Он остановился, чтобы перевести дух. И продолжил.
- И вот потом всё резко обрубило. Как только успела информация докачаться в наши сервера, это просто удача.
Он ещё немного помолчал.
- Так что нет, я всё же не думаю, что он мог в таком состоянии что-то упомнить. А Том… Даже не знаю, конечно, кто из них больше урон понес. Том и сам без этого короткого замыкания перед потерей обруча показывал крайне нестабильные результаты от испытаний. Я говорил вам не использовать его. А вы к моим рекомендациям не прислушались.. А теперь вам нужно знать мое мнение.
Такой поворот очень удивил главного, первые секунды он даже не знал, что ответить.
- Я учёл твое мнение, Мёрфи. И выдвинул свое. А теперь делаю тоже самое. Назначаю тебя на разбор и анализ ситуации с Пирсом. Все, что будешь узнавать, сообщай только мне. Говорить с пирсом не разрешай никому. Я ясно выразился?
Больше говорить ничего не нужно было.
- Понял. Отправлюсь к нему сейчас же.