Существует теория о том, что правительство и высшее командование Америки пожертвовали частью своего флота и тысячами людей, чтобы убедить общество вступить в войну. Давайте попробуем разобраться, так ли это было на самом деле.
Нападение японцев на военно-морскую базу США в Перл-Харборе (Гавайи) 7 декабря 1941 года, ознаменовавшее вступление США во Вторую мировую войну, было связано с неожиданным наступлением японского императорского флота, направленным на нейтрализацию флота Соединенных Штатов в водах Тихого океана. Этим Японии хотела расширить свою сферу влияния в Юго-Восточной Азии.
Военно-морскую базу американцев бомбили 353 японских самолета, в том числе истребители, бомбардировщики и торпедоносцы, взлетавшие с шести авианосцев. В результате чего были потоплены четыре американских линкора и уничтожено 188 самолетов, в дополнение к серьезным повреждениям четырех других линкоров, трех крейсера, трех эсминцев и учебного корабля.
Атака на Перл-Харбор глубоко потрясла американский народ и напрямую повлияла на вступлению Соединенных Штатов во Вторую мировую войну как на европейском, так и на тихоокеанском театрах военных действий. На следующий день после нападения - 8 декабря, Соединенные Штаты (когда президент Франклин Делано Рузвельт назвал 7 декабря "датой, которая будет вечным символом позора") объявили войну Японской империи и нацистской Германии.
Начиная с этого дня высказывалось много предположений о том, стало ли нападение на Перл-Харбор неожиданностью или, напротив, американцы расставили ловушку для японцев, чтобы они вступили в войну, в исходе которой янки были уверены. Таким образом, мнение простых американцев, в основном придерживающихся антивоенных взглядов, должно было склониться в сторону войны. Знал ли президент Рузвельт о нападения заранее? И что предпринимало правительство Соединенных Штатов, чтобы скрыть правду?
Общеизвестно, что 7 ноября 1941 года, за месяц до нападения японцев, Рузвельт и кабинет министров обсуждали возможность того, в состоянии ли Соединенные Штаты успешно вести войну против Японии. На что военный министр ответил утвердительно.
Но президент всерьез интересовался мнением общественности на этот счет. Корделл Халл, один из его госсекретарей, ответил, что граждане мало разбираются в международных отношениях и что Конгресс примет решение об объявлении войны только после многих месяцев дискуссий.
Таким образом, конституционный барьер фактически связал руки Рузвельту как для начала войны я Японией, так и для потенциальной военной интервенции в Европе. Он не мог перейти в наступление, поэтому необходимо было спровоцировать на это противника. Как утверждают некоторые историки, Америка к концу 1941-го исчерпала все возможности военного вмешательства в мировые события, у неё не было никаких средств давления, и внешняя политика США, фактически, зашла в тупик.
Что касательно того факта, что администрация Рузвельта знала о готовящемся нападении японцев на Перл-Харбор, то тут есть интересные факты. Австралийские спецслужбы за несколько дней до атаки неожиданно обнаружили группу авианосцев японского флота, направлявшихся в сторону Гавайев, о чем незамедлительно сообщили в Вашингтон. Но, по-видимому, Рузвельт проигнорировал эту информацию, приняв за слухи, распространяемые республиканцами из политических интересов.
Согласно нескольким историческим записям, 6 декабря 1941 года президент Рузвельт получил перехваченное ВМС США послание, отправленное из Токио в одно из японских посольств в Вашингтоне. Прочитав зашифрованное послание, в котором заявлялось о намерении Японии разорвать отношения с США, Рузвельт, якобы, заявил:
- Это означает войну.
Как сообщают некоторые источники, содержание перехваченной передачи было также известно генералам Джорджу Маршаллу и Леонарду Героу, а также адмиралам Гарольду Старку и Ричмонду Келли Тернеру - высшим военным чинам в Вашингтоне.
Однако, эта важнейшая информация, похоже, так и не дошла до ушей тех военных чинов, кому это было действительно нужно: адмирала Хасбэнда Э. Киммела, главнокомандующего флотом США в Тихом океане в Перл-Харборе (Гавайи), и генерал-лейтенанта Уолтера Шорта.
Даже самый наивный человек знал, что в случае нападения японцев в Тихом океане, естественной целью станет военно-морская база Перл-Харбор. На рассвете следующего утра все опасения подтвердились: японцы атаковали базу якобы внезапным нападением. Киммел и Шорт получат расшифрованное сообщение о возможном нападении позднее, когда атака уже началась.
Впоследствии, главнокомандующие армией и флотом США, Маршалл и Старк заявят, что сообщение действительно не было отправлено Киммелу и Шорту в нужно время, после чего будут сняты со своих постов.
Они объясняли это тем, что количество перехваченных дипломатических передач, было настолько велико, что еще одно сообщение только запутало бы их. Внутренние расследования, проведенные армией и флотом в течение последних недель 1941-го и первых недель 1942-го, привели к выводу, что Старк и Маршалл не выполнили свои обязанности должным образом: не проинформировав командиров на Гавайях. Эти выводы, кстати, были скрыты от общественности.
Позже и Маршалл, и Старк свидетельствовали, что не помнили, где были в ночь, когда было получено объявление войны. Но близкий друг Фрэнка Нокса, министра военно-морского флота США, сообщил, что Нокс, Маршалл и Старк провели большую часть ночи 6 декабря 1941 года с президентом Рузвельтом в Белом доме, ожидая бомбардировки Перл-Харбора и, как следствие, возможности для США вступить во Вторую мировую войну.
Чтобы еще больше запутать ситуацию, американские командиры в Перл-Харборе также скрывали или игнорировали многочисленные предупреждения о надвигающейся атаке. Самой важной из них была перехваченная дипломатическая передача, отправленная под видом прогноза погоды с японской коротковолновой радиостанции, в которой говорилось "хигаси но кадзе аме", что означает "восточный ветер, дождь".
Американцы уже знали, что это был код, используемый японцами для обозначения войны с США и неминуемой атаки, но высшее командование армии отрицало существование сообщения, хотя позже оно было восстановлено.
Но зачем Рузвельту и высшему командованию жертвовать частью флота США в Тихом океане и тысячами солдат, находившихся там? Некоторые утверждают, что решение было принято задолго до Перл-Харбора: война против нацистской тройки: Берлин, Рим и Токио, считалась неизбежной, но только нападение на американскую территорию могло убедить общественное мнение начать войну.
Контр-адмирал Роберт Теобальд, командовавший одним из эсминцев в Перл-Харборе, позже напишет:
- Решение президента Рузвельта основывалось на том простом факте, что для ведения войны нужны двое и одному из них нужно сделать первый шаг, чтобы её начать.
Историк Джон Толанд, тем временем, уверял, что
- Эта горстка людей, почитаемых сейчас миллионами людей, убедила народ, что война необходима для блага нации. Ведь именно Япония спровоцировала войну, хотя США пытались её избежать.
Вице-адмирал Фрэнк Битти, помощник тогдашнего министра флота Фрэнка Нокса, пояснил:
- До 7 декабря мне было совершенно ясно, что мы загоняем Японию в угол. Я считал, что президент Рузвельт и премьер-министр Черчилль хотели, чтобы мы начали войну, поскольку они считали, что союзники не смогут победить без нас и что все наши попытки заставить немцев объявить нам войну провалились.
Как он дальше утверждает, условия, которые они создали для Японии, такие как наложенное эмбарго на многие японские товары, были настолько суровыми, что те не смогли их принять.
- Мы принуждали их к войне так сильно, что они вынуждены были отреагировать на действия Соединенных Штатов. Все военные приготовления Японии указывали на неизбежное нападение, - продолжает Битти.
Однако другие авторы предпочитали категорически отрицать такие версии. Военный историк Даниэль Мартинес, работавший в Национальном музее Перл-Харбор на Гавайях, сказал:
- Эта история - всего лишь миф и своего рода теория заговора, придуманная для продажи книг. Рузвельт хотел начать войну против Германии и меньше всего ему была нужна война на два фронта. Накануне нападения на Перл-Харбор, Рузвельт написал японскому императору Хирохито письмо в надежде избежать военного конфликта с Токио.
По его словам спецслужбы в Вашингтоне знали, что конфликт с Токио неизбежен, но не было никаких признаков того, что гавайская военно-морская база станет первой целью японцев.
- Многие американцы считали, что военные базы США на Филиппинах являлись гораздо более вероятной целью для Японии. Наше наблюдение тогда было очень рудиментарным и Соединенные Штаты были ослеплены своим чувством превосходства.
Было ощущение, что японцы не осмелятся сделать что-то подобное. Мы не считали их достаточно самоуверенными и смелыми. Единственное, что неопровержимо, это то, что выход Соединенных Штатов на арену полностью изменил ход Второй мировой войны.
Я, как, наверняка, и многие другие, не соглашусь с его последним утверждением. Тем не менее сегодня, спустя 80 лет после нападения японцев на Перл-Харбор, большинство историков считает, что, хотя президент Франклин Рузвельт и высшие военные чины США знали о вероятном нападения Японии, но они не знали точно, когда и где оно произойдет.