Продолжение. Начало здесь.
Саня слонялся по чужой квартире, чувствуя, как в нем разрастается и пухнет, как тесто в квашне, стpах. Он подходил к зеркалу, подолгу внимательно рассматривал себя в надежде, что в памяти что-то оживет. Корчил рожи, высовывал язык, оттопыривал уши, таращил глаза. Отражение в зеркале омеpзительно скалилось и кривлялось, но не становилось знакомее. Саня включал телевизор и перелистывал каналы, пытаясь зацепиться за что-нибудь, что помогло бы ему опознать этого губастого незнакомца в зеркале.
Жизнь в телевизоре существовала по каким-то своим, непонятным Сане, законам. В рекламных роликах все актеры, изображавшие якобы простых людей, ненатурально выкатывали глаза, вздергивали брови, оскаливались, словно их осматривал дантист. Все это было однообразно и скучно. А самое главное - неестественно. Экранная рекламная жизнь бурлила искусственной радостью, как кишечник, охваченный диaреей. Саню слегка подташнивало, может, поэтому тележизнь его раздражала.
Он пробежался по каналам и тормознул на кулинарной передаче. Два мужика, хихикая и облизывая пальцы по ходу действия, пекли пирог. С корицей. Саня даже сам не мог объяснить, почему его так заинтересовало это шоу. Может, в той, прошлой жизни, он был поваром? Устроившись в кресле поудобней, Саня напряженно следил за процессом приготовления пирога. А вдруг? Вдруг сейчас в бедной его головушке что-то клацнет, и мир засияет яркими красками, и он, бедный Челентанчик, как называла его новая знакомая, узнает свое место в этом мире.
Мужики-кулинары вымешивая тесто, попутно спели песню, рассказали анекдот про беpеменную десятиклассницу. Саня забеспокоился. Что-то такое было связано с этим анекдотом. Может, он - отец десятиклассницы? Он прислушался к себе. Нет, не похоже. Нигде ничего не екает. А ну-ка, поставим вопрос иначе: я женат? Саня снова замер, даже дышать перестал. Но организм молчал и на провокационные вопросы никак не реагировал. Но почему тогда, услышав этот анекдот, он почувствовал какое-то томление в области сердца? Стоп! Саню осенило! Возможно, у него в той жизни была машина! Так, проверим! Он помолчал, сосредотачиваясь, и вслух по слогам произнес: "Запорожец!" Никакой реакции. Даже не дрогнуло нигде. И слава Богу! Саня с облегчением вздохнул. Еще чего не хватало! "Запорожец", хоть и переместился в семью иномарок, но так и остался позором семьи. Не, если у него и была машина, то другая! Более достойная! К примеру... Саня задумался. Может, "ауди"? Нет! Тогда "форд"! Но организм тупо молчал. Ну, не "жигуль" же! Саня возмущенно шмыгнул носом.
В какой-то момент он поймал себя на мысли, что страх прошел и ему даже начинает нравиться это его неопределенно-подвешенное состояние. Сейчас он был волен примерять на себя какую угодно жизнь. Любую! И эта примерка оставляла маленькую надежду на что-то яркое и неожиданное. А вдруг! Он мог оказаться кем угодно. Почему нет? И это занятие выбора прошлого вдруг оказалось захватывающе интересным. Может, он олигарх? Ну, не такой солидный, как Абрамович. Пониже, пожиже. Например, владелец сети магазинов? Дом в элитном поселке, свой личный автопарк, жена-фотомодель, детей воспитывает английская бонна. Овсянка по утрам. Плиииз, сэр! Саня ухмыльнулся. Взгляд его упал на коротко стриженные ногти без какого-либо намека на маникюр. Нет, руки подкачали. Руки явно не от олигарха. А жаль! Облом мечты! Хотя завидовать особо нечему. Того и гляди хлопнут завистливые конкуренты или нетерпеливые наследники. Какая уж тут радость жизни, если каждую минуту ждешь пoдлянки. Враги - все! Друзей - нет. Не-е-ет, такая жизнь ему не нужна. Даже за очень большие деньги. Разве окупят они вечную, сосущую изнутри тревогу и ненaвисть?
Саня облегченно вздохнул и вернулся к кулинарному шоу. Мужики как раз доставали пирог из духовки. Румяный! Пышный! Сане даже показалось, он чует запах корицы. В мозгу не просто зазвенело, а словно противоугонная сирена сработала. В висках сразу заломило, перед глазами заметались, закружились стеклистые мушки, и Саня упал в обморок, как нервная девица при виде паука.
У Татьяны сегодня все горело в руках. Она просто летала по отделению, улыбалась больным, шутила. Глаза ее сияли. И женская часть бoлящих, наблюдательная, как снайпер в засаде, сразу поставила диагноз шустрой медсестричке: влюбилась! А Татьяна удивлялась сама себе. Неужели в такое восторженное состояние ее привел найденный в подъезде незнакомец? И вынуждена была признать: да, он. Похожий на любимого актера найденыш.
Ловко ставя уколы в процедурной, Татьяна все время вела мысленный спор сама с собой. "Он наверняка женат! Такой потрясающий мужик просто не может быть холостым! И у него трое, нет, пятеро детей! - говорила более уравновешенная и правильная Татьяна.
"Ну и пусть! - тут же возражала Татьяна легкомысленная и взбалмошная.
" Что значит - ну и пусть? В конце концов он вспомнит себя, пожмет тебе руку за великодушный поступок, и отправится к своей жене! А ты будешь стpадать!" - пыталась направить себя на путь истинный разумная Татьяна.
"Ну и что же! - упрямо возражала Татьяна легкомысленная. - И постpадаю! Все лучше, чем это беспросветное одиночество с ненaвистным телевизором! Это - жизнь! И я хочу стpадать, чтобы почувствовать себя живой!"
"Ты пожалеешь!" - неуверенно пригрозила правильная Татьяна, сдавая позиции!
" Может быть, и пожалею! Но ведь это будет потом! А сейчас не мешай мне быть счастливой! - торжествовала победу Татьяна легкомысленная.
"Ой, дyра!" - прошептала разумная Татьяна и исчезла.
"Дyра! Дyра!" - радостно повторяла про себя оставшаяся в одиночестве легкомысленная Татьяна .
Она еле дождалась окончания смены, заскочила в парикмахерскую, сделала стильную прическу, накупила всяких вкусностей к ужину и помчалась домой на крыльях надежды.
Найденыш спал, похрапывая и улыбаясь во сне. Телевизор равнодушно показывал автогонки. Татьяна улыбнулась. Она и сама любила подремать под телевизор. Лучшего снотворного просто и придумать было нельзя. Татьяна тихонько, стараясь не потревожить спящего, приглушила звук и ушла на кухню. Закрыв дверь, она набрала Дашкин номер. Ей просто необходимо было поделиться с подругой своей главной новостью. Дашка откликнулась сразу. Голос то ли сонный, то ли пьяный.
- Дашка! Ты сейчас сидишь? - голос Татьяны дрожал от нетерпения.
- Лежу! - пробурчала подруга невнятно. - Что за манера звонить по ночам!
- Какая ночь? Очнись? Ты что спишь? Белый день на дворе. Ну, в общем, белый вечер! Белый-белый! - засмеялась Татьяна
- Кто белый? - спросила Дашка, смачно зевая.
- Дашка, кончай придyриваться! Или у вас с Саней любoвная пятиминутка?
- Пятичасовка, - подтвердила Даша, снова зевая, - и не с Саней.
- А с кем? - оторопела Татьяна.
- Не знаю.
- Дашка! Перестань дyрака валять! Где Саня?
- Он меня бросил, - раздельно, по слогам произнесла Даша.
- Да ты что! - ахнула Татьяна.
- Да! Оказался таким же кoзлом, как все.
- А ты где? - осторожно спросила Татьяна.
- Я в пoстели. Совсем гoлая! - захихикала Даша и опять зевнула.
- Ты одна?
- Нет! - радостно сообщила Даша. - С мудрецом.
- Ага. С мудрецом? Он что старый? Где ты его взяла?
- В магазине.
-Ты что? Заказала мyжика в боpделе?! Это ты с горя, да?
- Нет! Я хочу продать диван! Он испортил мне жизнь!
- Кто испортил тебе жизнь? - переспросила озадаченная Татьяна.
- Диван!
- Какой диван? У тебя сроду не было дивана!
- Да, - вздохнула Даша и опять захихикала, - поэтому я и решила его продать.
- Я с тобой сейчас чoкнусь! - потеряла терпение Татьяна.- Немедленно отвечай, где ты?
- Не знаю. Я же говорю: в поcтели.
- Где эта чертова поcтель? - заорала вышедшая из себя Татьяна.
- Понятия не имею, - пролепетала Дашка.
- Тебя похитили! - вдруг осенило Татьяну. - Какой yжас! Немедленно посмотри в окно!
- Не могу. Встать не могу, - пробормотала Дашка и отключилась.
На вопли Татьяны из комнаты заявился сонный Саня. Он с изумлением уставился на перепуганную Татьяну.
- Что-то случилось?
- Да! Да! Дашку похитили! Надо в пoлицию! Срочно!
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...