В мореходной школе учился со мной в одной группе и жил в одной комнате парень Вовка, который везде представлялся, как Пиня Гофман – король подтяжек. До мореходки он отсидел пару лет в детской колонии. Это был невысокий с очень худым лицом парень и был он не то, что нервный, но временами злой и психованный. В группе больше всего он сдружился с Амбалом и Уголовником.
Однажды на самоподготовке, разгорячившись с кем-то в споре, он изо всей силы ударил по своему предплечью тяжелым металлическим блоком. Было удивительно, как он не сломал себе кость. Но спор прекратился.
Он мог измываться над слабым и гнобить виноватого. Когда один парень из нашей комнаты оказался мелким воришкой (авторучки, значки, мелочь), Пиня после отбоя кидал со своей кровати в него тяжелый флотский ботинок, и с угрозами требовал ботинок принести. Воришка, тихий рыхлый парень, приносил ботинок и отдавал Пине в руки. Эти тяжелые флотские ботинки мы называли гадами. Пиня снова кидал ботинок через всю комнату и это повторялось несколько раз, пока мы не потребовали прекратить.
Потом крепкий парнишка с нашей группы сломал этому воришке челюсть. Сейчас я думаю, что ему повезло. Он лежал в больнице, когда в последний день занятий вся мореходка перепилась вдребезги и свет в зданиях был отключен. Там были разборки, драки, сводили счёты, кого-то пытались выбросить со второго этажа … Наш старшина Каратенко, бывший армейский служака, которым наше мориманское братство было недовольно, благополучно исчез ещё до ужина и появился только на следующий день к обеду.
Меня и самого угораздило подраться с таким же пьяным парнем с моей группы, после чего он догнал меня в темноте коридора и сзади бляхой пробил голову. Рану заштопывали металлическими скобками в скорой помощи. Вполне возможно и даже скорей всего, сломанная челюсть уберегла парнишку от более тяжких последствий.
Надо отметить, что в мореходке учились такие же нормальные рабочие парни, как везде. Но когда спиртное «попадало под хвост», многие теряли контроль над собой, а какая-то часть из них, будучи толпой, вытворяла непотребное.
На новогодние каникулы и все разъезжалась по домам и в мореходке никого не было. Мой земляк ещё осенью уехал домой, не выдержав разлуки со своей девушкой. Да и мать у него дома была одна.
У меня же особого выбора не было. Домой было ехать далеко и долго. И Пиня пригласил меня к себе в пограничное село Барабаш, что расположено в Хасанском районе по другую сторону Амурского залива от Владивостока.
Его мать жила одна в небольшом домике с низкими потолками. И пока мы там были, я видел её очень редко.
В ту зиму стояли сильные морозы. Ещё до Нового Года познакомился там с милой девушкой и каждый вечер мы гуляли. Каждый раз в своей курсантской шинели я сильно замерзал. Пиня же со своей девушкой общался дома.
На Новый Год моя девушка отказалась идти к нему в дом. Мы погуляли и распрощались. Я вернулся один, а там были Пиня с девушкой и водка.
На следующий день Пиня стал водить меня по дворам. Зайдём в один дом, Пиня сидит в разговорах ни о чём. Сидит до тех пор, пока не нальют водки или самогона. Потом идём в соседний дом, потом в следующий. После третьего дома мне стало неприятно, что мы ходим , «рюмки собираем» и я отказался продолжать это постыдное занятие.
Из-за моего отказа Пиня распсиховался и мы подрались среди бела дня прямо перед домом из которого вышли.
Потом в мореходке Амбал с Уголовником слегка «наехали» на меня за то, что я побил Пиню. С моей стороны криминала не было и дело одним разговором закончилось.
Прошло два года и с Камчатки осенью меня забрали в армию. По пути в свою часть, я оказался в Барабаше. Там встретил своих знакомых земляков с Вятских Полян. Они уже собирались на дембель и мы душевно беседовали о новостях в Полянах, где я побывал в отпуске четыре месяца назад. Ещё я курил, сидя на кровати, под неодобрительный шум, что «молодой» курит. Это был единственный раз за время службы, когда я курил в казарме.
Осмелев и не выдержав нахлынувших воспоминаний, я перелез через высокий забор и побежал по селу, узнавать о судьбе девушки. Она к тому времени уехала во Владивосток и я пошёл к дому Пини. В домике, несмотря на день, было темно. Когда я вошёл, его мать сидела посередине кровати. Я спросил:
– Где Вова? Как он поживает?
Мать ответила, что весной он ходил на рыбалку и утонул. Весной на Амурском заливе бывают подвижные льды и это небезопасно для рыбаков.
Не могу утверждать, что Пиня был тогда нетрезв. Как сложилось в моём представлении, Пиня Гофман на рыбалку без водки, если и ходил, то крайне редко. Такие парни и в колонию, скорее всего, попадают по пьянке. Выпивка многим ломает судьбы, калечит тело и лишает жизни.
К сожалению, в отношении вина люди – неудержимые оптимисты и за выпивкой чувствуют себя настоящими героями. А потомства, тем более, качественного и в достаточном количестве, (четыре ребёнка в нормальной семье), у них нет, и потому наш народ вымирает с высокой скоростью.
Спасибо за лайк на эту статью.
Вы можете подписаться на канал ЗОЖ трезвость зрение ЗДЕСЬ
#водка
#народ вымирает
#ломает судьбы
#выпивка