Как-то, пока я жила в Монголии, я пошла на курсы английского. Английский у меня был на самом низком уровне. Учила в школе его пару лет и все забыла. На курсах был преподаватель американец. И, не смотря на то, что он знал и второй язык, который должен был помогать ученикам, мне это помогало мало. Потому что это был монгольский. Монгольский еще сложнее китайского, наверно. Русский он не знал. И так мы учили английский. Исключительно на английском. Мой мозг взрывался от того, что на мои уточняющие вопросы на ломаном английском, который не имеет никакой русской логики, никто не мог ответить. Но я как-то его учила. И, должна признать, для всего восьми ступеней узнала его нормально. Поговорить на приемах с иностранцами на общие темы могла, решить что-то простое тоже. А причиной моего "нормального" разговорного было не мое трудолюбие, а подход к обучению. Американский подход. Школа была американская.
Потом, ко мне на репетиторство ходила девочка монголка. Ей нужно было выучить русский. Из русского она знала пару слов и треть букв в алфовите. А я из монгольского знала только: привет, спасибо, досвидания, молоко. И мы занимались репетиторством. Через полтора месяца она знала алфавит, могла медленно читать, долго, но переводить, и даже разговаривать со мной о том, как прошёл ее день. Что она любит, и на другие простые темы. В этом успехе ее трудолюбие и мой "неправильный" подход.
Я не знала монгольский, едва ли могла разговаривать на английском. Но где-то в степи, где только коренные монголы, я выступала посредником-переводчиком между ними и нами, в том числе монголом(проводником-переводчиком, который знал английский). Чтобы решить сложные вопросы. Например, как нам выбраться из степи, когда мы потерялись. В другие моменты я тоже переводила смысл того, что хотел сказать монгол русскому и наоборот. Как, не зная языка? Смыслами. Пониманием смыслов. И, жестами, ассоциациями, рисунками "на песке", гримассами, подстройкой под картину мира.