У Саныча был настолько несчастный вид, что Людмиле стало жаль его.
- Ну чай, так чай. Только потом уходи, девочкам спать пора, у них режим, а то потом не уложу..
- Об чем речь, только горло смочу и пойду.. А можно, я завтра опять приду ненадолго? Могу с дочками посидеть, а ты сходишь куда-нибудь? Ну пожалуйста......- предложил Саныч, с надеждой заглядывая Людмиле в глаза.
- Посмотрим...
На следующий день вечером, после работы, трезвый, как стекло, Саныч, как штык был у Людмилы, предварительно позвонив по телефону.
- Я до булочной и обратно! - Людмила встретила его на пороге уже одетая.
- О кэй! - игриво улыбаясь разрешил супруг.
Людмиле его тон не понравился:
"О кэй.. ты погляди-ка, как осмелел. Только вчера смотрел на нее глазами побитой собаки, умоляя разрешить прийти, а сегодня уже скалится, как будто ничего не произошло.. Ну и артист!"
А Саныч времени зря не терял. Первым делом он достал тонометр из дивана, вытащил его из коробки, завернул в полотенце, которое специально принес в пакете, чтобы Людмила видела: пришел с пакетом и ушел с пакетом и ничего не заподозрила. Когда она еще хватится этого тонометра?! И хватится ли вообще!
Пакет Саныч повесил на крючок под свою куртку в прихожке. Коробку из под прибора положил туда же, в диван.
Ну вот и всё! Всё у него получилось! И Саныч довольный уселся на пол рядом с дочками играть.
Придя из магазина, Людмила заглянула в комнату и застала семейную идиллию: заботливый папаша катал в машинке пупсика, а дочки радостно визжали.
"А может, и впрямь, скучает? Чёрт его разберет! Три года прожила с ним, а так и не поняла что он за человек?!"
- Я пришла, - сообщила она громко.
- Да вижу я. Гонишь? Не хочешь, чтобы я приходил, так и скажи, - ни с того ни с сего обиженно надул губы муж и засобирался домой.
Людмила всегда поражалась его умению делать её виноватой. Она ведь всего лишь сказала, что пришла, а он вон как всё вывернул.
Но оправдываться перед ним, объяснять, что он не так её понял и умолять остаться женщина не собиралась, хотя и планировала попросить Саныча посидеть с двойняшками еще полчасика, пока она помоется. Откуда же ей было знать, что Саныч боялся быть пойманным с украденным тонометром и поэтому так спешил покинуть место преступления.
- А ты похорошела! Похудела, прям хоть на подиум тебя. Е b аri shkи-то приходят? - спросил напоследок в дверях Саныч, смерив Людмилу взглядом с головы до ног и похотливо улыбаясь, а в душе желая унизить женщину за то, что она так обошлась с ним, но услышав в ту же секунду грозное Людмилино:
- Ах ты, тва рь! - проворно выскочил в подъезд и радостно, как школьник на перемене, поскакал вниз по ступенькам. Настроение у Саныча было отличное.
Истории о Татьяниной любви тут.