С началом перестройки все, что в «годы застоя» было запрещено, в новой, постсоветской России стало разрешено. Из-за рубежа хлынул поток совершенно откровенных фильмов «для взрослых»; в газетах и журналах печатали все, что «ниже пояса»; из экранов телевизоров, с театральной сцены, не стесняясь, лился поток матерных слов, чтобы было погорячее для привлечения зрителей. Цензура отдыхала. На улицах, даже в дневное время, можно было стать свидетелем, а порой и жертвой, бандитских разборок. Молодежь, дети развращались на глазах.
Люди среднего и старшего возраста, потерявшие почву под ногами от развенчания мысли о «светлом коммунистическом будущем», пытались найти для себя то, во что можно верить. И верили телевизионным лекарям, всяким кашпировским, чумакам; вдруг истово начинали верить Богу; бежали за помощью и поддержкой к гадалкам, предсказателям. Профессия экстрасенс стала очень востребованной. Поговаривали, что они объединялись в группы, устраивали собрания, сборы, чтобы напитаться силой себе подобных. Не могу сказать, сколько настоящих экстрасенсов было среди этих людей и были ли они вообще, но одна встреча заметно поколебала мое мнение по этому поводу.
Уже будучи студенткой пединститута и замужней женщиной безуспешно пыталась избавиться от детских страхов, связанных со смертью отца, из-за которых я боялась оставаться в комнате одна: меня пугало его фото, потому что вызывало в памяти взгляд уже мертвых глаз. А к ним тем временем присоединилась боль от потери первенца. Переживала, ненавидела всех детей до года, их родителей. Копалась в себе, пытаясь понять, почему со мной это случилось. Поток слез могла вызвать любая мелочь, любой вопрос. И каждую свободную минуту поводила на кладбище у маленького холмика, где покоилось тело сына. Не доведи, Господи, никому пережить подобную утрату.
К тому времени, когда произошла встреча, оставившая глубокий след в моем сердце, я уже работала в школе и заочно доучивалась в институте. И вот во время очередной сессии мой однокурсник вдруг предлагает: «Давай я тебя познакомлю с девчонкой (назовем ее условно Наташа)? Она экстрасенс и обязательно тебе поможет». Я отнеслась к предложению скептически, потому что не верила ни магам, ни заговорам, ни тем более экстрасенсам. Но поддалась на уговоры и в назначенный час пришла по указанному адресу.
Дверь открыла милая приветливая девушка немного старше меня. Пригласила в комнату, усадила на уютный диван. Я почему-то думала, что вот сейчас она начнет меня убеждать, что экстрасенсы – это люди, которые могут все и лечат без помощи лекарств, могут снять порчу (а она, конечно, на мне лежит, потому что иначе со мной не случилась бы беда). Но я ошиблась. Наташа стала рассказывать о себе, о своей семье, об учебе, о путешествиях на Эльбрус, встречах с близкими по духу людьми. Нашлись и общие знакомые. Слово за слово – и я не заметила, как поделилась с ней всеми страхами, детскими обидами, горечью потери ребенка. В общем, все проблемы, которые долгие годы копились во мне, хлынули нескончаемым потоком наружу. Я даже не обращала внимания на то, что все время говорю сама, а Наташа только слушает.
Незаметно пролетели 3 часа. Я вдруг почувствовала пустоту внутри себя, подобно сосуду, из которого выпили всю воду. Моя новая знакомая попросила лечь на диван, закрыть глаза и постараться расслабиться. Я так и сделала. Не зная толком, что ожидать, просто отдалась на волю судьбы. Наташа включила тихую приятную музыку, я слышала плеск волн, крики чаек. Воображение вслед за голосом девушки перенесло меня на морской берег, я почти явственно ощущала теплый песок под ногами, влажные поцелуи воды и легкое прикосновение морского бриза. А еще я понимала, что там, в комнате, что-то происходит. Я не могла открыть глаза, каждая клеточка тела вдруг стала легкой, невесомой. Наташа производила в воздухе (я слышала движение его) какие-то действия, не касаясь меня. Через некоторое время, я вдруг ощутила, как руки девушки погнали воздух от макушки головы до кончиков пальцев на ногах. Но самое необычное было то, что кровь в жилах вслед за этими движениями сбежала, оставив пустыми сосуды, на мгновение замерла, а затем снова вернулась, заполнив собой все пространство, уже обновленной. Вернулась я домой совсем другой. Первое, что сказал муж, при встрече: «У тебя румянец на щеках». Это у меня, чья бледная кожа не оставляла сомнений – мои предки голубых кровей.
Увы, излечить меня от тоски по потерянному ребенку Наташа не смогла (это случится гораздо позже, когда я встречу замечательного доктора, однако это уже материал для другой истории), но я с облегчением поняла, что больше не боюсь призраков прошлого. Я свободно остаюсь одна в темной комнате, в доме, не шарахаюсь от каждой тени и образ отца уже не пугает. Была ли Наташа действительно экстрасенсом или просто хорошим психологом, которому веришь, - не знаю. Никогда больше наши пути не пересекались, как потом сложилась судьба этого человека я тоже не знаю, но время от времени я думаю о ней и благодарю.
