Белен. Третий шанс.

Не знаю, что сказалось, но, видимо, нервное напряжение от страха было такое сильное, что Белен просто отрубилась.

Она уснула, тело отдыхало, а ее душа была в изнанке мира. Она стояла в старой родительской бане, следила за ведрами с горячей водой, которые грелись на печке.

В этом мире баня уже давно была стайкой для поросят, а рядом с ней стояла новая баня.

Белен не помнила про новую баню и стояла около горячей печки, одетая в домашний спортивный костюм.

Баня, как ее и запомнила Белен, была с черными от сажи стенами, в ней уже не было света, как и в реальном мире.

Что-то можно было разглядеть в свете свечки на полке' и от огня в печке.

Белен было чуть жарковато, баня была затоплена как для детей, которых купают раньше всех.

В бане не было занавешано окно, и через него Белен видела, что сейчас темная ночь.

Куда дели занавеску, думала Белен, будет сейчас нечисть смотреть в окно.

Она набирала воду, и непонятно почему, возмущалась. На банном полке стояли три эмалированных таза, точь-в точь такие, какие были у родителей в ее детстве, голубоватые с цветочками.

В двух тазиках сидели и плескались два малыша года двух и пяти. Рядом с ними сидел в тазике ее отец.

В этом мире отца Белен уже давно не было, он умер от инсульта лет 15 назад.

Когда отец умирал, он стал меньше, похудел, у него выпирали все косточки.

В этом мире отец стал ещё меньше, раз залезал, как и дети, в таз, но Белен как будто считала это нормальным.

Отец умер от инсульта, и умирал долго, в коме, больше недели.

Белен часто видела его в изнанке мира и знала, что и в изнанке мира нет чудес, и в другом мире он плохо ходил, не мог говорить,и поэтому всегда молчал.

Но он всегда давал понять Белен, что хочет.

Обычно Белен всегда помнила, что она видит его в изнанке мира и не забывала, что он умер.

Но в этот раз она впервые не помнила об этом.

Белен все возмущенно что-то говорила своему отцу, он молчал, и Белен в свете от печки видела по его лицу, что что-то не так.

Вдруг, как и в реальном мире, она услышала грохот-это упало одно ведро с горячей водой в угол бани, за печку.

Белен не могла понять, как ведро с водой, полное, могло упасть?

И в этот момент она увидела, что тазики с детьми на самом деле пусты.

Что-то не так. Где дети? Баня крохотная, спрятаться негде. И Белен точно помнила, что это были мальчики.

Отец, конечно, не мог ничего сказать, он сидел и мыл плечи.

Дверь дернули, как и в реальном мире. Послышались шаги, резкие, уверенные, дверь бани распахнули рывком, и в баню вошли Высокие люди.

Белен показали лишь женщину, с суровым лицом, крепкую, полноватую, с черными волосами с прической типа каре.

Остальных Белен видела лишь как силуэты, высокие фигуры.

Это означало, что это очень сильные предки, они редко давали запомнить свои лица.

Женщина завела за руку ребенка, мальчика, лет 3-4, который возмущался, и возмущался он как маленький сын хана, повелительно. Или воин, предводитель воинов.

Мальчик был с характером, это было видно сразу.

У него были длинные волосы, собранные на макушке в хвостик, и он явно не горел желанием заходить в эту маленькую баню. А, возможно, к таким простым людям, из мира Белен.

На этом воспоминания Белен закончились.

Утром она проснулась почти выспавшись.

Вспомнила, что за чертовщина творилась ночью, и, боясь увидеть то, что должна была увидеть, и краем сознания боясь того, что двинулась головой, пошла на кухню.

На полу лежало ведро для воды, в которое Белен набирала воду, чтобы не залезать за водой в бочку.

Обычно ведро с водой стояло на столе.

Сейчас оно пустое лежало на полу.

Белен понадеялась, что просто вчера вода закончилась и кошка уронила ведро.

Какое-то облегчение накрыло Белен и она с легким сердцем начала собираться на работу.

Как хорошо жить, думала Белен, когда все легко и просто, и обычно.

Больше мне ничего и не надо, думала она.

Ночью она проснулась от иглы в сердце: она дважды не родила сына, и дважды душа ее нерожденного сына хотела прийти к ней.

Предки гневались: два шанса ушли в никуда, в черную воду между мирами. И дали третий шанс.

Шанс родить сына, который изменит ее род, даст шанс ее роду стать сильнее. Легко знать, не очень просто сделать, думала Белен, заставляя сердце успокоиться.

Синее небо и мать-степь, помогите Белен, молю вас….